Главная страница
qrcode

04. Этика науки


Скачать 88,83 Kb.
Название04. Этика науки
Дата20.11.2020
Размер88,83 Kb.
Формат файлаrtf
Имя файла04.rtf
ТипДокументы
#113257
Каталог

04. Этика науки.


Основной вопрос этики науки

.

Существует распространенная точка зрения, называемая тезисом . Она состоит в утверждении, что внешних факторов. С этой точки зрения ответственности за применение науки в деструктив­ных целях (или с непредвиденными деструктивными последствиями) подлежат другие сферы общественной жизни — власть, промышлен­ность, бизнес. , согласно которому
Будучи последовательно проведенным, тезис ценностной нейтрально­сти науки должен был бы обеспечить полную автономию науки и освобо­дить ученых от обсуждений этических вопросов. Но этот тезис является дискуссионным. Существует ряд аргументов против него.

1. Сам этот тезис возник лишь относительно недавно в связи со ста­новлением большой науки и вовлечением ученых в широкомасштабную модернизацию общества. Этот тезис стал своеобразным идеологическим прикрытием, позволяющим эксплуатировать научное познание в самых различных (в т.ч. морально неприглядных) целях. Если же подойти к науке исторически, то оказывается, что, наоборот, становление науки Нового времени было тесно связано с нравственными принципами. В этом плане интересны исследования Л.М. Косаревой, показывающие, что сама новая наука стала возможной при наличии нравственно самостоятельной лич­ности с высокоразвитым самосознанием.

2. Принцип Д. Юма весьма уязвим. Многократно продемонстриро­вано С. Кэвеллом и другими, что существуют контексты, для которых характерно переплетение нормативных и описательных утверждений. Ссылки на факты вполне могут использоваться в моральных дискуссиях. Так, Р. Хеар подчеркивает, что факт может быть основанием для этических рассуждений для всякого, кто принимает некоторый моральный принцип, из которого в соединении с фактами может быть логически выведено моральное суждение.
    , такими как простота, про­веряемость, широкая применимость и т.п.
  1. Не соответствует действительности отождествление ученого с не­ким абстрактным субъектом чистого познания. На самом деле ученый не компьютер, он не может быть запрограммирован на узкокогнитивную дея­тельность. ; он выступает Сама попытка выстроить концепцию ценностной нейтральности не только в науке, но в любой области человеческой деятельности (т.е. рассуж­дения в терминах «я всего лишь чиновник», «я всего лишь солдат», «я всего лишь ученый» и т.п.) морально неприемлема. На самом деле она всегда маскирует собой попытку добиться какого-то привилегированного поло­жения в виде некоей ограниченной, суженной ответственности перед обще­ством.
  2. Инструментальное мышление не может быть строго изолировано от рассмотрения целей и ценностей. Если даже допустить, что это возможно в отношении достаточно узких вопросов, то применительно к столь ши­рокому предприятию, каким является научная деятельность в целом, это допущение не срабатывает. В ходе научного познания происходит взаим­ное вовлечение различных уровней обсуждения, в т.ч. и ценностного уровня, и их взаимная корректировка (о чем уже говорилось в связи с кон­цепцией сетевой рациональности Л. Лаудана). Кроме того, кон­цепции, пытающиеся изолировать чисто инструментальное мышление, сами неявно опираются на ценностные суждения (например, на такое: вполне оправдано то, что, разрабатывая средства, не стоит задумы­ваться о целях).
  3. Научный и этический разум не отгорожены непреодолимой стеной. Именно разум является их общим знаменателем. Принципы и предпосыл­ки любого рационального рассуждения универсальны, вне зависимости от того, обсуждается теоретическая или практическая проблема; мораль­ные вопросы, как и когнитивные, тоже подлежат рациональному обсуж­дению и обоснованию, по мнению К.О. Апеля, Ю. Хабермаса, Р. Хеара и др. Поэтому рациональность в расширенном смысле совмещает обсуж­дение как познавательных вопросов, так и их этического контекста.
    Заметим также, что тема разделения науки и этики выглядит несколь­ко натянутой (и отдающей сознательно пропагандируемой идеологией) с той точки зрения, что в действительности подавляющее большинство ученых являются нравственно зрелыми личностями. Крупный ученый — талантливый и увлеченный исследователь, отдающий себя без остатка науке и в своих исследованиях, и в подготовке научной молодежи, — это, как правило, человек духовно развитый, мыслящий, с широким кругозо­ром. Моральное разложение находит благодатную почву там, где нет Духа настоящей науки, где царствует бездарность и праздность.

    Итак, если мы отвергаем тезис ценностной нейтральности науки как Исходный принцип, противодействующий этическому анализу научного знания, то далее открываются содержательные перспективы рассмот­рения и решения различных социальных, нравственных и прочих проб­лем, связанных с научным познанием.

    Этика и деонтология

    (от гр. для названия Этика науки как анализ широкого социально-этического контекста науч­ной деятельности и деонтология науки могут быть несколько упрощенно представлены как
    Деонтологические требования составляют профессиональный кодекс чести ученого. Вкратце остановимся на некоторых из них. От ученого тре­буется повышенное , скрупулезности и аккуратно­сти, выражаемое даже в некотором педантизме. Это сочетание и одновременно известной идеи от личностей: умение без обиды выдерживать и принимать критику в свой адрес, критиковать других . В научной деонтологии существует как бы негласная презумпция уважения, разумеется, в научном сообществе кто-то более авторитетен, а кто-то — менее, но формально уважения достойны все уче­ные (в т.ч. удаленные географически или исторически). Поэтому долг науч­ной вежливости состоит в точном цитировании источника, в указании тех работ, которые существенно повлияли на формирование собственной точки зрения, в освещении в своих публикациях круга родственных работ вне зависимости от своего личного к ним отношения. Кроме того, принято благодарить на страницах научного текста за помощь (материальную, концептуальную) в проведении собственного исследования.

    И конечно, важнейшим деонтологическим требованием является , запрещающая ученому умышленно присваивать себе чужие результаты, манипулировать данными, представлять на суд сообщества со­знательно недостоверный материал, имитировать экспериментальную деятельность, которая на самом деле не проводилась, публиковать только поло­жительные результаты своих исследований, умалчивая об отрицательных и т.п. Лицо, прибегающее к подобного рода действиям, теряет уважение профессионалов и автоматически перестает входить в научное сообщество, т.к. оно организовано этико-деонтологическими отношениями и, по сути дела, только ими.

    Добавим, что научная добросовестность приобретает в наше время осо­бое значение, когда эксперименты стали настолько сверхсложными и доро­гостоящими, что их никто не сможет повторить. В этом случае сама науч­ность эксперимента, как подчеркивает Р. Том, «становится делом чистой деонтологии», касающейся правильного использования .инструментов, точности протоколов и отчетов и т.п. Наука должна быть честной и пре­дельно открытой; в этом плане эксперименты в закрытых лабораториях, связанные с секретностью (коммерческой, военной и т.п.), не могут счи­таться в строгом смысле научными1.

    Основные темы этического обсуждения научно-технической деятельности

    Обсуждение научно-технической деятельности в широком .

    1. Цели науки.

    Морально недопустимыми являются такие непосред­ственные цели научной деятельности, как создание новых видов воору­жения, особенно сверхопасных (например, выращивание вирулентных штаммов микроорганизмов), разработка средств целенаправленного воз­действия на человека (различного рода психотропных препаратов, излуче­ний, манипуляционной техники), планирования и проведение мероприятий, связанных с массивным изменением окружающей среды (глобальным изменением температуры воздуха, проведением сверхмощных ядерных испытаний), создание путем бездумного экспериментирования новых животных и растений и т.п. Все подобного рода сомнительные предприя­тия подлежат открытому обсуждению и запрету. Наука, безусловно, не имеет права ставить себе прямые цели, которые отнюдь не являются нейт­ральными для человека, общества и природной среды.

    2. Средства научной деятельности.

    Если постановка морально недопусти­мых целей является явно предосудительной, то вопрос, касающийся использования тех или иных средств, оказывается, как правило, более слож­ным. Часто пытаются оправдать неприглядные средства вполне благовидны­ми целями. Пожалуй, наиболее ярко эта проблема представлена в медико-биологических исследованиях, когда эксперименты, проведение которых сопряжено с риском для жизни и здоровья или со страданиями группы испы­туемых, имеют своей целью получение результатов, которые могут спасти множество других человеческих жизней. Вопрос сводится к возможности пренебречь ущербом в отношении отдельных личностей, если выигрышем будет благополучие многих людей и общества в целом. Общий принцип решения этого достаточно острого вопроса официально сформулирован в Конвенции «О правах человека и биомедицине», принятой в ноябре 1996 г. Парламентской ассамблеей Совета Европы. В ст. 2 сказано, что интересы и благо отдельного человека должны превалировать над интересами об­щества и науки. Этот же подход отражен в ст. 5, четко определяющей усло­вие проведения исследовательских мероприятий (как и любых медицинских вмешательств в целом). Этим условием является т.н. , являющееся краеугольным камнем совре­менной биоэтической доктрины. Оно состоит в том, что необходимым требо­ванием, которому должно подчиняться любое медицинское вмешательство, является предварительное добровольное и информированное согласие испытытуемого, данное им на основании знания целей, задач, последствий, рис­ков, связанных с данной процедурой. Причем должны быть надежно защи­щены права и интересы и тех, кто не способен по объективным причинам дать такое согласие (дети, недееспособные взрослые и т.п.).

    Этические требования, касающиеся средств проведения биомеди­цинских исследований, относятся не только к людям, но и к животным. Действительно, раньше имели место многие факты жестокого или цинич­но-безразличного отношения к лабораторным животным. Теперь разра­ботан ряд международных документов, регламентирующих этот вопрос. Так, в 1985 г. Международным советом медицинских научных обществ (CIOMS) приняты «Международные рекомендации по проведению биоме­дицинских исследований с использованием животных». Их основной идеей является требование минимизировать число используемых в иссле­дованиях животных и объем страданий, которым они подвергаются.

    Существуют и менее заметные проблемы научной деятельности, кото­рые тем не менее тоже сводятся к оправданию средств научных исследова­ний. К ним относятся такие темы, как проблема приоритетности прово­димых разработок и проблема их финансирования. Например, весьма не­однозначным является вопрос, насколько морально приемлемо заниматься разработкой дорогостоящих технологий, которые принесут облегчение или повышение качества жизни лишь незначительному количеству людей, тогда как более актуальные проблемы общества останутся нерешенными. Помимо проблем распределения финансов внутри науки, существует и сложный вопрос о том, насколько дорогим должно быть содержание науки в целом — ,ведь средства, выделяемые- на развитие науки, автоматически сокращают расходы на социальные нужды. Примером этого могут служить колоссаль­ные затраты на создание экспериментального оборудования для развития фундаментальной физики или космические исследования, для поддержки которых нужна целая индустрия. Проблемы подобного рода чрезвычайно сложны для обсуждения, т.к. затрагивают множество интересов и не могут быть оценены в какой-то единой плоскости. При принятии решений по по­воду финансирования приходится использовать обширную совокупность критериев, касающихся действительной важности и актуальности исследо­ваний, их ожидаемой плодотворности и т.п.

    Разумеется, общественность имеет право выразить свою волю в виде несогласия на подобные разработки, и ученые должны понимать это. Как это ни болезненно для некоторых ученых, но они должны осознавать, что остальное общество не обязано поощрять и финансировать любые, пусть даже весьма интересные, проекты. На науке лежит обязанность отчиты­ваться перед обществом в том, какими средствами она собирается дости­гать свои познавательные цели.

    3. Последствия научной деятельности.

    Пожалуй, именно этот аспект научной деятельности обсуждается наиболее широко. Тот, кто действует, должен и отвечать за результаты и последствия своих собственных дей­ствий. Самоочевидным этическим положением является следующий . Вопрос здесь состоит в том, насколько ученые в состоя­нии обязан предвидеть последствия своей деятельно­сти. Он должен нести ответственность за последствия своих решений на­равне с политиком, администратором, врачом, педагогом и т.д.

    Это касается не только исследований явно прикладного характера, но и фундаментальных. Принято считать, что фундаментальные исследования Далеки от реальной жизни, а совершаемые в этой области открытия не могут бьггь оценены с точки зрения возможности их внедрения в практику. Но на самом деле в наше время содержательный контекст той или иной научной Дисциплины в подавляющем большинстве случаев вполне позволяет предви­деть результаты открытия, в т.ч. и планируемого. Ведь сегодня наука развивается целенаправленно, и сугубо теоретические соображения управляют собственно эмпирическим поиском, так что, например, в физике теоретиче­ские расчеты настолько совершенны, что вряд ли могут произойти какие-то принципиальные опытные неожиданности. Поэтому обязанность предви­деть, чем обернется для человечества та или иная фундаментальная разра­ботка, для ученых переднего края науки является особенно актуальной.

    Тема последствий (предвидимых и непредвидимых) научной деятель­ности является весьма болезненной. Здесь достаточно вспомнить такие общеизвестные факты, как трагические последствия открытий ядерной физики (особенно применение атомного оружия) или современные эколо­гические бедствия (загрязнение атмосферы и Мирового океана, наруше­ние озонового слоя и т.п.), многие из которых прямо связаны с интенсив­ной научно-технической деятельностью. Сегодня наука использует столь мощные и плохо контролируемые силы, что часто небрежность экспери­ментатора или сбой обслуживающей техники могут привести к массив­ным деструктивным последствиям. Не будет преувеличением утвержде­ние, что ученые в своем познавательном интересе ставят на карту слишком многое, — стабильность экологических параметров, здоровье и благополучие всех жителей Земли. Именно поэтому многие исследовательские проекты современности вызывают интенсивные и острые дискуссии, вспомним шумные дебаты 1970-х гг. вокруг генной инженерии или добавившуюся ныне тему клонирования. Современные возможности в области высоких энергий, репродуктивных технологий, биохимического синтеза и т.п. слишком серьезны для того, чтобы их можно было оставлять без при­стального внимания общественности.
      Смысл научной деятельности.
      Нельзя не упомянуть о том, что су­ществует и проблема оправдания научного познания как такового не­зависимо от его внешних целей и результатов. Что значит наука для того, кто ею занимается, что она значит для общества в целом как сфера дея­тельности, вбирающая в себя лучшие интеллектуальные силы? В чем ее смысл и внутреннее качество?

      Если даже считать, что наука несет нам только благо (что в реальности не достигается), то остается вопрос, в чем смысл научного познания как такового. Если этика традиционно характеризуется как учение о благе, то именно в этическом контексте уместно спросить, является ли благом само современное научное предприятие в целом? Какие высшие цели ставит перед собой наука? Если наука нацелена на власть, на господство, то является ли этот проект морально ценным? Куда идет та цивилизация, которая ориентирована преимущественно на науку и связывает с ней свой проект наращивания власти? Это серьезнейшие вопросы, относящиеся к глубочайшим основаниям нашей культуры. Все это требует осознания и обсуждения. Научно-технический разбег цивилизации должен быть осмыслен в ее мировоззренческих, смысложизненных основаниях.

      Но вопрос, касающийся общего смысла научной деятельности, хотя и относится к этике как учению о благе в современной этической парадиг­ме, больше ориентированной на рассмотрение частных вопросов и конф­ликтов, выглядит как выходящий за ее пределы.
      перейти в каталог файлов


связь с админом