Главная страница
qrcode

Сумерки морских богов (Т.Тулейя, Д.Вудворд) 2001. Книга рассказывает о судьбах кораблей и моряков германского флота в период Второй


НазваниеКнига рассказывает о судьбах кораблей и моряков германского флота в период Второй
АнкорСумерки морских богов (Т.Тулейя, Д.Вудворд) 2001 .pdf
Дата30.11.2017
Размер0,92 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаSumerki_morskikh_bogov_T_Tuleyya_D_Vudvord_2001.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипКнига
#50841
страница10 из 23
Каталог
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   23
16 декабря Лангсдорф передал по радио эту ложную информацию в РВМ и добавил, что по ночам англичане организуют тесную блокаду порта. Он объяснил, что попытка прорыва в море кажется ему совершенно безнадежной, и запросил инструкций. Должен ли он попытаться прорываться с боем в Буэнос-Арйес, выбрать интернирование в Уругвае или затопить свой корабль, несмотря на слишком малые глубины в устье Ла-Платы?
В тысячах Миль от Южной Америки встревоженный гросс-адмирал Редер обсудил эту проблему с Гитлером и адмиралом Отто Шнивиндом, начальником штаба ВМФ. После долгих споров Редер отправил радиограмму Лангсдорфу, советуя добиваться продления стоянки.
Лангсдорфу в этом отказали. Прорыв в Буэнос-Айрес казался невозможным. Поэтому было решено затопить корабль. Германия не слишком полагалась на нейтралитет Уругвая, и Редер хотел исключить возможность попадания «Графа Шпее» в руки противника. Поэтому от интернирования в Уругвае с сожалением отказались.
Вечером того же дня Лангсдорф узнал, что в продлении стоянки ему отказали. Он заперся в своей каюте и написал письмо доктору Лангманну, в котором объяснял, что попытка выхода из
Буэнос-Айреса подвергнет ненужной опасности жизнь более чем тысячи человек его экипажа.
Так как Уругвай лишил его возможности использовать статьи Гаагской конвенции, у него не остается иного выбора, как свезти экипаж на берег и взорвать «Граф Шпее».
Дозволенные 72 часа истекали вечером 17 декабря. Во второй половине дня германский танкер
«Такома», который стоял на якоре неподалеку, подошел к борту «карманного линкора» и снял всех женатых офицеров и матросов. Они забрали с собой весь багаж. Эта процедура завершилась к 18.00. Лангсдорф отправил посыльных на буксиры «Гиганте» и «Колосо», арендованные немцами. На борту «карманного линкора» остался только минимум экипажа, необходимый, чтобы управлять кораблем.
В 18.20 возбуждение на берегу достигло апогея. Тысячи зевак с биноклями и фотокамерами следили, как «Граф Шпее» медленно выбирает якорь. Лангсдорф с мостика скомандовал
«малый вперед». Лишенный экипажа корабль подобно призраку скользнул с места стоянки. За ним следовали «Такома» и один из катеров «Графа Шпее». Печальная процессия двинулась вниз по фарватеру.
Уже был слышен смелый военный клич Харвуда: «Моя цель — уничтожение!» Его потрепанные крейсера, к которым присоединился «Камберленд», уже показались со стороны моря. Они жаждали крови «Графа Шпее». Однако когда Монтевидео остался далеко за кормой,
Лангсдорф круто положил право руля и прошел еще 2,5 мили на запад. Это опровергает глупое обвинение, выдвинутое против него, будто он, чтобы хоть как-то отомстить, затопил свой корабль прямо на судоходном фарватере.
Когда «Граф Шпее» вышел за пределы трехмильной зоны, Лангсдорф остановил корабль.
Спокойно он спустился с мостика и пошел в трюм проверить размещение подрывных зарядов в
отсеках. В 20.30 главный заряд, боеголовка торпеды, подсоединенный к большой катушке электрического кабеля, был помещен на место. Кабель был проведен вверх по трапам на палубу корабля и спущен за леера. После этого Лангсдорф пересчитал своих людей, чтобы удостовериться, что никто не остался на обреченном корабле. Он пожал им всем руки и отправил с «Графа Шпее», сказав, что сам останется на корабле до конца. Но офицеры отказались покинуть свой корабль без капитана, Лангсдорф, подавив свои чувства, тоже перешел на борт «Колосо».
Кабель разматывался по мере того, как буксиры и катер начали отходить от затихшего корабля.
В 20.44 Лангсдорф нажал кнопку. «Граф Шпее» содрогнулся, когда ужасный взрыв разорвал его корпус ниже ватерлинии, и море хлынуло в трюм бурлящими потоками. Потом прогремел второй взрыв. Огромные языки пламени поднялись к небу и закружились вокруг боевой рубки.
Тучи густого дыма повалили из-под разорванной палубы. Серая краска бортов отслаивалась и горела, обнажая стальную обшивку. Корабль медленно опустился на дно. Так как под килем у него было всего 9 метров, то все надстройки остались над водой. Тучи пара повалили из люков, когда хлынувшая туда вода попала на раскаленные докрасна листы нижних палуб.
Весь экипаж прилип к надстройкам буксиров, мрачно глядя на предсмертные судороги своего корабля. Лангсдорф стоял, взяв под козырек, и слезы текли у него по щекам, когда он наблюдал за агонией. Потом он развернул свой маленький флот и повел его в Буэнос-Айрес, который находился в 100 милях выше по Ла-Плате. Он надеялся, что аргентинское правительство примет его экипаж, как спасшихся с потопленного корабля. Когда он сошел на берег, то заявил встретившим его чиновникам и репортерам: «Я удовлетворен тем, что спас своих людей».
Однако аргентинское правительство отказалось считать экипаж «Граф Шпее» потерпевшими кораблекрушение и быстро интернировало его, выставив счет германскому правительству.
19 декабря Лангсдорф написал письмо барону Эдмунду фон Терманну, германскому послу в
Аргентине.
«Ваше превосходительство
После долгих колебаний я принял роковое решение затопить линкор «Адмирал Граф Шпее» для того, чтобы поме шатъ ему попасть в руки врага. Я по-прежнему убежден, что в сложившихся обстоятельствах это было единственное оставшееся решение, после того как я привел свой корабль в ловушку в Монтевидео. При оставшемся запасе снарядов любая попытка прорваться с боем обратно в открытое море на большие глубины была обречена на провал. И только на глубокой воде я мог затопить корабль, израсходовав оставшиеся снаряды…
Вместо того чтобы поставить свой корабль под опасность попасть в руки врага после отважной битвы, я решил не сражаться, а уничтожить оборудование и после этого затопить корабль. Мне было ясно, что такое решение намеренно или ненамеренно может быть ложно истолковано людьми, не знакомыми с моими мотивами, которые были оставлены полностью или частично на мое личное усмотрение. Поэтому я с самого начала решил лично нести ответственность за принятое решение. Для капитана, знакомого с понятиями чести, вне всякого сомнения совершенно очевидно, что его личная судьба не может быть отделена от судьбы корабля.
Я откладывал свое окончательное решение настолько, насколько это было необходимо, так как я все еще отвечал за вопросы обеспечения безопасности экипажа, отданного под мое командование. После сегодняшнего решения аргентинского правительства я уже ничего не могу сделать для своего экипажа. Точно так же я не способен принять участие в той борьбе, которую сегодня ведет моя страна. Я могу только доказать своей собственной смертью, что солдаты Третьего Рейха готовы умереть во имя чести своего флага.
Я один несу ответственность за затопление линкора «Адмирал Граф Шпее». Я счастлив отдать свою жизнь, чтобы смыть даже тень подозрения с его флага. Я встречаю свою судьбу с твердой верой в дело и будущее нации и моего фюрера.
Я пишу это письмо Вашему превосходительству в вечерней тишине, твердо все взвесив, для того чтобы вы смогли проинформировать мое командование и пресечь в случае необходимости любые слухи.
(подписано)

Лангсдорф
Капитан 1 ранга
Командир потопленного линкора «Адмирал граф Шпее»
Этой ночью Лангсдорф собрал всех своих офицеров в морском арсенале, где им были выделены комнаты. Попрощавшись с каждым из офицеров лично, он тепло пожал всем руки и сказал несколько слов. Потом он произнес общее: «Auf Wiederseben».
В холодной тишине своей комнаты Лангсдорф достал свой табельный пистолет, приставил ко лбу и спустил курок. Вестовой нашел его тело на следующее утро.
Дух Бальдра вернулся на сгоревший корпус «Хрингхорни».
Глава 5.
Морской странник
«Человек, который спокойно путешествует по суше, понятия не имеет, как я, измученный, провел зиму в изгнании в покрытом льдами холодном море, отрезанный от сородичей, со всех сторон обросший сосульками.
Нещадно хлестал град. Я не слышал ничего, кроме грохота морского прибоя».
Саксон-Грамматик
Пожары «Адмирала графа Шпее» пожрали корабль задолго до того, как Лангсдорф совершил самоубийство. Стальные листы корабельной обшивки гнулись от страшного жара, труба рухнула, подняв огромный фонтан брызг. Только огромная носовая надстройка стояла, рассыпая искры, словно дымящиеся развалины невиданной цитадели. Надстройки корабля остались над водой до тех пор, пока рабочие не разрезали их на металл. Позднее в том месте, где остался ржаветь корпус «карманного линкора», был установлен буй. Его зеленый огонь указывал проходящим мимо судам, где покоится поверженный гигант.
Адольф Гитлер, который разыгрывал морские битвы модельками кораблей на письменном столе, хотел узнать, почему Лангсдорф не уничтожил «Эксетер» и зачем он пошел в
Монтевидео после того как бой завершился. Гросс-адмирал Редер терпеливо пытался объяснить позицию покойного офицера, но оловянные глаза Гитлера подсказали ему, что он занимается совершенно бесполезным делом. Да, тактика Лангсдорфа в бою у Ла-Платы вызывала много вопросов. Однако как только выпал снег первой военной зимы, память об отважном моряке потускнела и вскоре полностью забылась.
Капитан 1 ранга Дау слонялся по пустынному морю, как одинокий сирота, когда получил известие о судьбе «Графа Шпее». Тогда он взял курс на север, оставив на борту 299 пленных англичан. «Альтмарк» пересек экватор, пробрался через Северную Атлантику, проскочил мимо восточных берегов Исландии. Пытаясь прорваться через британскую блокаду, в феврале 1940 года Дау привел «Альтмарк» в Йоссингфиорд в Норвегии. Но капитан 1 ранга Ф. Л. Вайэн на эсминце вошел в гавань и взял «Альтмарк» на абордаж в лихом стиле пиратов времен королевы
Елизаветы. Он освободил пленных. В ходе короткого столкновения корабль Дау кормой
налетел на скалы и повредил лопасти винтов. Так как он был, строго говоря, шкипером гражданского судна, а его экипаж состоял из гражданских моряков, то Вайэн оставил немцев на их севшем на мель судне. Дау сумел отремонтировать повреждения «Альтмарка» и вывел его в открытое море.
28 марта он привел «Альтмарк» в Киль. Позднее Дау сдал корабль и получил другое назначение. В мае 1945 года он покончил жизнь самоубийством.
Зимние месяцы превратили операции и на суше, и на море в «странную войну». Однако контр- адмирал Дениц держал свои лодки в море, продолжая охоту на британских и французских морских коммуникациях. На холодных северных полях разыгралась кровавая битва между отважными финнами, которые умирали в глубоких снегах Карелии, защищая свою родину, и полчищами московитов, вторгшихся туда. Русские гибли тысячами, но их было все-таки слишком много, и 12 марта 1940 года Финляндия капитулировала. К этой дате Гитлер уже подписал секретную директиву; предусматривающую проведение операции «Везерюбунг». Так назывался план вторжения в Данию и Норвегию. Главной ее целью было сорвать планы англичан в Скандинавии и обеспечить бесперебойную доставку шведской железной руды в
Германию. Кроме того, это дало бы флоту и авиации новые базы, с которых он мог бы действовать против британского флота более успешно.
В первых числах апреля флот адмирала Редера двинулся на север, чтобы занять исходные позиции вдоль норвежского побережья. Передовое соединение — линкоры «Шарнхорст» и
«Гнейзенау» и тяжелый крейсер «Хиппер» — 8 апреля столкнулось с одиноким эсминцем
«Глоуворм». Британский эсминец был потоплен, однако до этого его капитан, несмотря на сильнейшее волнение, сумел протаранить «Хиппер». Эсминец пробил борт германского крейсера и вынудил его уйти на восток в Тронхейм, чтобы залатать образовавшуюся дыру, длиной около 30 метров.
Но теперь и британский Королевский флот устремился на север в штормовые серые воды
Норвежского моря, чтобы разыскать там корабли германского флота. Рано утром 9 апреля началась высадка немцев, но англичанам помешала отвратительная погода, и они сумели дать бой противнику лишь в нескольких местах. Немецкая армия, при поддержке крейсеров и эсминцев, захватила Нарвик, Тронхейм, Кристиансанд, Аренадль, Осло и Эгерсунд. На следующий день Дания и южная Норвегия оказались в руках немцев. Однако англичане вошли в Вестфиорд в районе Нарвика и атаковали находящуюся там германскую эскадру. Были потоплены 2 эсминца и 9 транспортов. 15 апреля союзники высадились в северной Норвегии.
Однако их положение на заснеженных гранитных скалах Приполярья оказалось слишком шатким, и им пришлось эвакуироваться.
Оба флота провели целую серию боев возле изрезанного фиордами побережья Норвегии. Кроме нескольких эсминцев, 8 апреля у берегов северной Норвегии англичане потеряли авианосец
«Глориес». Он был «систершипом» потопленного в первые дни войны «Корейджеса»
{10}
. Немцы в ходе этих боев потеряли тяжелый крейсер «Блюхер», легкие крейсера «Карлсруэ» и
«Кенигсберг» и 11 эсминцев. Если рассматривать итоги операции «Везерюбунг», то следует сказать, что она закончилась успешно для немцев, хотя этот успех был достигнут очень дорогой ценой. Англия и Франция пробудились после 7 месяцев военной спячки.
10 мая, когда еще шли бои в северной Норвегии, танковые армии Гитлера, подобно наводнению, хлынули в Бельгию, Голландию и Люксембург. В тот же день бестолковый премьер-министр Невилль Чемберлен, примечательный только своими висячими усами и большим зонтиком, покинул Уайтхолл. Его место занял бывший первый лорд Адмиралтейства
Уинстон Черчилль. Через 2 дня, полностью использовав глубочайший упадок духа французской армии, германская армия пересекла границу Франции и обошла с фланга линию
Мажино. Это чудовищный бастион, созданный из стали и бетона, обладал несокрушимостью, крепостью и неодолимой слабостью средневековой твердыни, не имеющей гарнизона. Черный
ход оказался открытым, и армии Гитлера вошли во Францию через территорию нейтральных
Голландии и Бельгии. На следующий день Черчилль пообещал Англии в будущем только
«кровь, труд, слезы и радость». Но в начале июня капитулировали Голландия и Бельгия. 400000 солдат союзников, высаженные на континент, чтобы остановить германский поток, спешно бежали с кровавых песков Дюнкерка, бросив все вооружение. Лишь невероятное чудо помогло им спастись. Британские военных корабли, рыбацкие суда, простые яхты, презирая смертельную опасность, эвакуировали из окружения 335000 солдат.
Итальянские войска, размечтавшись о повторении Галльской кампании Юлия Цезаря, 10 июня тоже вторглись во Францию. Через 4 дня германские войска торжественно промаршировали по
Парижу, продемонстрировав плачущим жителям французской столицы знаменитый прусский гусиный шаг. Сталин, переварив кусок Финляндии, теперь проглотил крошечные прибалтийские республики Литву, Латвию и Эстонию. Территориальные амбиции русской военщины были отчасти удовлетворены. Старый солдат Анри Петен, чей громовой клич «Мы не отступим!» воодушевлял солдат на залитых кровью фортах Вердена в 1916 году, сформировал в Бордо новое французское правительство. Через 2 недели, после подписания перемирия между Францией и Германией, которое произошло в историческом вагоне в
Компьене, это правительство перебралось в городок Виши. Однако из Лондона в эти же дни прозвучал мужественный голос генерала де Голля, который объявил, что Свободная Франция будет сражаться.
В августе Геринг впервые отправил свои самолеты бомбить английские города. Началась Битва за Британию. В следующем месяце англичане передали Соединенным Штатам 8 военно- морских баз в обмен на 50 устаревших четырехтрубных эсминцев. Эти гончие все-таки принадлежали прошедшей эпохе. 16000000 американцев были поставлены на учет в Бюро личного состава. Бенито Муссолини, пытаясь вызвать тень императора Августа, царившего на
Средиземном море, погнал свои войска на завоевание Африканской империи. Позднее, за 4 дня до праздника Рождества, Франклин Д. Рузвельт в публичном выступлении заявил, что
Соединенные Штаты станут арсеналом демократии.
Часы отсчитывали последние мгновения 1940 года.
Разгром Франции открыл новые перспективы перед контр-адмиралом Деницем, который получил для базирования своих подводных лодок порты Брест, Сен-Назер, Ла-Паллис и,
Лориан. Главной целью германских подводных лодок была растянутая система морских коммуникаций Англии. Вражеские суда перевозили топливо для самолетов, снаряды для орудий, продовольствие для солдат. В морской войне даже гражданский моряк становится пешкой, расходным материалом в жестокой борьбе за конечную победу.
Но подводная война была дополнена действиями рейдеров, особенно переоборудованных торговых судов, которые в Германии были известны как Hilfkreuzer (вспомогательный крейсер). Они получали буквенно-цифровые обозначения, которые начинались с «НК». Всего в различное время с 1940 и до конца 1943 года в море действовало 9 таких кораблей. Они сумели потопить около 800000 тонн торговых судов. Ни один из них не совершил столь громкого подвига, как U-47 Гюнтера Прина, ни один из них не имел столь красочной истории, как «Граф
Шпее» Лангсдорфа. Главной их военной задачей было скрываться как можно дольше, использовать хитрости и уловки и прятаться в мрачных морских туманах. «Атлантис» (НК-1б),
«Тор» (НК-10) и «Пингвин» (НК-33) добились самых высоких результатов. Но именно
«Пингвин» потопил больше вражеских судов. За 10,5 месяцев плавания он уничтожил 28- торговых судов союзников.
«Пингвин» ранее был известен, как германское торговое судно «Канделфельз». Теперь им командовал капитан 1 ранга Эрнст-Феликс Крюдер. Этот 43-летний офицер начал службу еще в рядах старого Императорского флота. Во время Первой Мировой войны, в возрасте 18 лет, он попал во флот кайзера Вильгельма. Крюдер служил артиллеристом на линкоре «Кениг» и участвовал в Ютландской, битве. В 1917 году Крюдер получил офицерское звание. После капитуляции Германии он остался служить в развалившемся флоте. Но вместе с возрождением германского флота постепенно шла наверх и карьера Крюдера. Он служил на тральщиках,
крейсерах, потом стал командиром 1-й флотилии тральщиков. Но в результате этого назначения Крюдер сполна насладился прелестями канцелярской береговой службы. Только в конце 1939 года он стал командиром НК-33, двухвинтового торгового судна водоизмещением
7766 тонн со скоростью 18 узлов, которое было превращено во вспомогательный крейсер.
Крюдер был стройным человеком с темными волнистыми волосами, плотно сжатыми губами и пронзительным взглядом. Однако во внешности Крюдера явно проступало его естественное дружелюбие, скрыть которое плохо получалось. Он любил добрую сигару и хорошую шутку.
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   23

перейти в каталог файлов


связь с админом