Главная страница

Саврей В.Я. - Каппадокийская школа в истории христианской мысли - 2012. Lomonosov moscowstate universitythe faculty of philosophy


Скачать 5.22 Mb.
НазваниеLomonosov moscowstate universitythe faculty of philosophy
АнкорСаврей В.Я. - Каппадокийская школа в истории христианской мысли - 2012.pdf
Дата18.04.2018
Размер5.22 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаSavrey_V_Ya_-_Kappadokiyskaya_shkola_v_istorii_khristianskoy_mys
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#69019
страница14 из 22
Каталогmarina_lobanova

С этим файлом связано 92 файл(ов). Среди них: Savrey_V_Ya_-_Kappadokiyskaya_shkola_v_istorii_khristianskoy_mys, Voenno-istoricheskiy_vestnik__9-22_1957-1963.pdf, Savrey_V_Ya_-_Antiokhiyskaya_shkola_v_istorii_khristianskoy_mysl, Michael_B_Hundley_Gods_in_Dwellings_Temples_and_Divine_Presence_, Raymond_F_Collins_First_Corinthians_1999.pdf, rodin_krylov.pdf, Savrey_V_Ya_-_Alexandriyskaya_shkola_v_istorii_khristianskoy_mys, 7-й том.docx и ещё 82 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   22
Герменевтика св. Григория Нисского
эфирных пределов и, быв в постоянном и умопредставляе­
мом естестве, видел красоты рая и слышал, чего человеческое естество изречь не может (О Шестодневе, PG 4 4 Отрешение от чувственности в практической жизни позволяет, согласно святителю Григорию Нисскому, наделе, а не только на словах отрешиться от нее ив умозрении. Созерцательная философская жизнь, которую отцы Церкви отождествляли с христианской аскезой, служит восхождению ума по стезе священной герменевтики
Раздел TV.
Святитель Григорий Нисский
Вопросы к семинарским занятиям Изложите правила библейской герменевтики, принятые святым Григорием Нисским.
■ Что выражает категория символа в патристической экзегезе рассматриваемого периода Можно ли считать крайности александринизма отрицательной предпосылкой развития метода интерпретации сакрального текста в трудах св. Григория Нисского?
■ Объясните исключительное значение Пятикнижия в экзеге­
тической практике св. Григория Нисского.
■ Какие три этапа развития ума соответствуют мистическому смыслу Священного Писания?
Темы докладов и творческих работ. Понятие о символе и теории в патристической экзегезе
III-IV вв. по Р.Х.
2. Учение святого Григория Нисского об именах (категориях) в смысловом пространстве Священного Писания. Обоснование законности аллегорического метода в библейских комментариях святителя Григория Нисского.
4. Применение полисемантизма в толковании святого Григория
Нисского на Песнь песней. Развитие александрийской концепции духовного путешествия в сочинении «De vita Moysis» св. Григория Нисского.
Лекция РАЗВИТИЕ ФИЛОСОФСКО-
БОГОСЛОВСКОГО МЕТОДА
КАППАДОКИЙСКОЙ ШКОЛЫ
В ПОЛЕМИКЕ С ЕВНОМИЕМ
J
осле 379 г. святитель Григорий Нисский написал Опровержение Евномия» (П(ю<; Euvojaiov dvTiQQr)TiKO<;
Aoyog) в защиту идей своего покойного брата св. Василия Великого, который не успел довести полемику с видным арианским идеологом до конца. Сочинение в 12-ти книгах, как многие полемические памятники поздней Античности, в плане следует за тезисами противника. Тем не менее в нем выдерживается своя собственная последовательность раскрываемых вопросов, принадлежащих к важнейшим темам христианской философско-богословской мысли.
«Опровержение» представляет собой обширнейший из противоарианских патристических трудов. Необходимость своего предприятия св. Григорий объясняет не только тем, что затронуто доброе имя св. Василия Великого, но и тем, что сочинение самого Евномия обширно, затрагивает множество важных вопросов и любители его со всею чрезмерностью восхищаются этим трудом Опровержение Арианство достигло своего наиболее полного развития в учениях Аэция и Евномия, которые выступили с левой реакцией против омиусианства — учения о подобии сущности Сына сущности Отца. Если перевести это с богословского языка на философский, речь шла о соотношении I и II а также III, при разговоре о Святом Духе) сущностей в бытии, предшествовавшем бытию мира. Омиусиане утверждали, что II сущность подобна I. Православные заявляли об одной-единственной сущности, а для того, чтобы различение Лиц Святой Троицы имело бытийственное значение Попов ИВ Труды по патрологии. Сергиев Посад, 2004. Т. 1. С. 217.

149
Раздел IV.
Святитель Григорий Нисский
(ибо оно могло рассматриваться и чисто феноменально, как в модализме), вводили понятие ипостась. Омиусианство, как замечал А.А. Спасский, для многих ариан становилось мостом к православию его собственное значение было слабым, ибо оно возникло как результат компромиссной позиции таких епископов-политиков, как Евсевий Кесарийский. Но крайнее арианство должно было отмежеваться и от омиев1: оно утверждало, что II сущность произошла от I посредством творения (которое только по метонимии может быть названо рождением, III же сущность и самое бытие мира произведены при помощи II, так как непосредственное прикосновение безусловного Существа к миру невозможно.
Аэций (+ 366) и его ученик Евномий сделались выразителями этого крайнего движения. Оно имело, помимо ясно выраженной догматической позиции, также весьма существенные социальные коннотации, о которых нельзя не упомянуть. Отрицая возможность причастия твари Богу, ариане провозглашали снисходительное отношение к человеческой слабости, вплоть до оправдания порока. Святитель Григорий
Нисский упоминает арианское учение об извинительности естества таким образом, как будто говорит о вещах, широко известных современникам (Опровержение, I.
6
). Представляется, что в снисхождении к человеческим слабостям ариане видели сущность христианства и его удобную приемлемость для народных масс на этом же основании они скептически относились к монашеству. Но широкую и активную поддержку в народных массах имели как раз лучшие (а иногда и только казавшиеся лучшими) представители монашества, чем во многом предопределено было падение арианства.
Для крайнего арианства второй половины IV в. по Р.Х. характерна проповедь, ориентированная на светских интеллектуалов, многие из которых уже были христианами либо интересовались христианством. Св. Григорий Нисский упоминает, что вначале деятельности Аэция на догматическом поприще врачебные училища огласились шумом об этом

Омии — партия омиусиан, возникшая в 360 г. по инициативе Констан­
ция и анафематсгвовавшая как орооистюд таки. Не все омиусиане
примкнули к омиям, противники которых подверглись гонению
Лекция 13.
Полемика с Евномием
вопросе» и что, из Аристотелевых уроков заметив некий способ умозаключений, Аэций соделался именитым. как выразумевший связь Ариевых положений, почтен человеком тонкого ума, открывающим сокровенное Там же Стремясь к простоте и наглядности, Аэций учение о Боге излагал посредством геометрии и фигур (св. Епифаний Кипрский. Догматика превращалась для него в игру и диалектику понятий, ион тщеславился, что "знает Бога так хорошо, как не знает и самого себя. Евномий придал его диалектике логическую строгость и законченность»1.
Как видим, арианство поставило не только вопрос о сущ­
ностях, но и вопрос о способе их познания. То, что прот. Георгий Флоровский называет игрой, для евномиан было методом, сводившимся к анализу языка с целью установления точных объемов понятий. В связи с этими апология ни- кейской веры должна была рано или поздно взять за основу решение проблемы метода.
«Нам не дано этой власти. — писал Григорий Нисский, — утверждать что угодно мы как правилом и законом во всяком догмате пользуемся Священным Писанием. Заботящимся об искусных способах доказательств достаточным для удостоверения кажется силлогизма у нас достовернейшим из всех искусных выводов признается подтверждаемое Священным Писанием (О душе и воскресении PG 46.49, Таким образом, умозаключениям ариан противопоставляется тот же принцип, который был основным для всей герменевтики каппадокийцев, — соответствие (акоЛои
0
(а) с общим смыслом Библии каждого из выводимых разумом положений. Надо сказать, что эта идея не была нова для философии рассматриваемой эпохи. Еще в дохристианской Александрии после значительного успеха скептицизма вошла в силу идея Божественного Откровения как непосредственного познания наивысшей реальности из нее самой

Флоровский
Г,
прот.
Восточные отцы IV века. Париж, 1931 (репринтное
издание — 1990). С. 19.
2
Саврей В.Я.
Александрийская школа в истории философско-богослов­
ской мысли. С. 102.
151
Раздел IV.
Святитель Григорий Нисский
Признание какого-либо слова богооткровенным само требовало критериев, не чуждых рациональности, однако, если эти критерии были соблюдены, такое слово приобретало решающий авторитет в решении вопросов, превосходящих человеческий разум.
Апелляция к традициям философии Откровения, родившейся в конце эллинистической эпохи, но лишь в христианстве получившей свое полномасштабное раскрытие, образует сердцевину всей методологии св. Григория Нисского. В противоположность этому, Евномий намеревался выстроить свое учение как всецело рационально обоснованное (ибо наличие I сущности в то время считалось доказанными утверждал, что
...догматическое его учение ограничивается превысшей ив самом собственном смысле так называемой сущностью
(oucria), а также той, которая от нее существует, после же нее первенствует над всеми иными и, наконец, третьей, которая не стоит водном ряду ни с одной из поименованных, но подчинена одной как причине, а другой — как действованию Опровержение Отсюда ясно, что Евномий смотрел на Троицу как натри разных сущности, одна из которых есть сама по себе и потому в самом собственном смысле именуется сущностью, а две другие произведены ею впоследствии. Как известно, ариане главным разделителем Отца и Сына считали время как и космос, Логос появляется во времени, это высказанное Слово Бога, которое в невысказанном состоянии не имело и собственного модуса бытия. Таким образом, Сын ариан ближе к Логосу Филона1, а не Оригена. В системе Оригена Сын пребывает совечным Отцу впрочем, это не в последнюю очередь связано стем, что и мир, согласно александрийскому дидаскалу, совечен Богу. Итак, арианская теория имела определенную предысторию в александрийской тра­
1В учении Филона сохраняется в полном объеме стоическое различение
«внутреннего»
( £ v b i d 0 £ T o g ) и внешнего
(7 tq o (( ) o q i k 6 < ;)
логосов. См, напр.:
Филон Александрийский. Жизнь Моисея III. 13.
152
Лекция 13.
Полемика с Евномием
диции. Нос религиозной точки зрения, она была ближе к абстрактному языческому монотеизму (ведд гл[нсгсо<; и dii minores), чем к христианству. Она ничего не давала сердцу христианина, так как уничтожала сакраментальное величие Иисуса Христа.
Святитель Григорий Нисский первым делом уличает своего противника именно в этом Евномий или не чтит Бога христианского, или чтит богов, по разности естеств между собою раздельных. То и другое, считает Святитель, равно нечестиво (Опровержение, II. 6). Таким образом, епископ
Нисский различает христианского Бога и бога философов, бога in abstracto. Понятие о Боге христианском есть понятие о Личности только в таком качестве христианство представляет собой новое вино для античного мира. Как мистик, св. Григорий Нисский подводил своих слушателей и к идее трезвенного опьянения — чистой радости, которую производит лишь новое вино Духане разбавленное примесью еретической воды Слово о Святом Духе).
Нет сомнений в том, что Каппадокийская школа выступила против ариан от лица Предания. В древности, когда христиане были малочисленны, из уст в уста передавалось учение о том, что Спаситель есть Господь. В терминологические тонкости при объяснении этого Имени церковные писатели почти не вдавались, а если и вдавались, то каждый делал это по-своему. Нов в. по Р.Х. Христианская Церковь представляла собой другую организацию, чем еще полвека назад она полна людей, пришедших со стороны, неиспытанных в вере, ас получением государственной поддержки — нередко и случайных людей. Эти новые христиане старались понять учение, и если разум при этом шел впереди сердца, то арианские вероопределения казались им наиболее очевидной интерпретацией древнего наследия.
Чтобы отклонить эту интерпретацию как безосновательную, св. Григорий Нисский вслед за св. Григорием Богословом указывает на одно существенное обстоятельство в историческом развитии богопознания — постепенность раскрытия Истины по мере способности человека усвоить ее
Раздел IV.
Святитель Григорий Нисский
Когда человеческое естество было истощено страшным гладом, домостроительством Божиим установлена была постепенность в приобщении к таинственной пище, так, чтобы люди, всегда восходя к совершенству в некотором последовательном порядке, достигли таким образом до предела совершенства. Ибо то, что спасает нас, и есть животворящая сила, которой веруем под именем (ev ovojaaxi) Отца и Сына и Святого Духа. Ноне способные к восприятию сей истины вполне, вследствие приключившейся им от душевного глада слабости, прежде всего отвлекаемые от многобожия пророками и законом, приучаются взирать на единое Божество (^lav
0£отг)та) ив едином Божестве уразумевают одну только силу Отца Слово о Святом Духе PG 46. Познание того, что Бог един, представляется каппадо- кийцам лишь начальной и как бы естественной ступенью мудрости. Но только познанием самого этого единого Бога по Его внутренней жизни совершается претворение нашего естества из смертного в бессмертное (Опровержение, II. 1). Бог не три различных сущности, но единая сущность, обладающая всеми характеристиками безусловного бытия.
Нисский Святитель описывает ее при помощи таких понятий, как беспредельное (
oltcziqoc
;)
и неопределимое d O Q L O T O g ) В беспредельном же и неопределимом представлять увеличение и уменьшение крайне неразумно. Ибо как сохранится понятие беспредельности, если о беспредельном будем утверждать, что оно бывает больше и меньше Большее познаем из взаимного сравнения пределов ау чего нет пределов, в том как возможет кто представить избыток Там же, Бога и Его Слово нельзя сравнивать по мощности потенциала бытия, так как всякое измеряемое расстояние открывается в том, что ниже естества Божия Там же При этом для св. Григория Нисского важно удержать и то, что Слово имеет бытие ипостасное», те. личное. Новоникейцы называли ипостасью то, что Никейский Собор означил выражением из сущности (е oucria*;), вызвавшим впервой Лекция 13.
Полемика с Евномием
половине IV в. по Р.Х. споры из-за натуралистических конно­
таций. Сущность (ouaia) схолиастами того времени могло прочитываться и как роди как существо в последнем случае из сущности (е, ouaiag) можно было истолковать как отделение части от целого. Но св. Григорий Нисский указывает на неприложимость к Божеству самих понятий часть и целое, больше и меньше. Соответственно, в Нем немыслимы также различия по сущности.
Естество несозданное далеко отстоит от таковой разности, потому что имеет благо неприобретенное и не причастием какой-либо высшей красоты прияло в себя красоту, но само в себе, каково оно изначала, и есть благо, и умопредставляется благом, и составляет источник блага, и простои одновидно, и несложно, по засвидетельствованию даже препирающихся снами. Имеет же в себе разность, приличную величию естества, усматриваемую не в большем и меньшем, как думает
Евномий... (Опровержение, Под разностью, приличной величию естества каппадо- киец подразумевает ипостасное различие, которое между Отцом, Его Словом и Духом выражается только в Их личном отношении друг к другу, ноне в сравнении по избытку или недостатку какого-либо блага.
Обосновывая, что имя Бог одинаково приложимо к каждому из Лиц Троицы, св. Григорий Нисский двигался в противоположном Евномию направлении. Оба подвергали анализу само понятие Имени. Евномий, следуя Аэцию, считал имена строго соответствующими понятиями не делал при этом исключения для имен, прилагаемых к абсолютной сущности. Отсюда высказывание Аэция, ставшее образцом самоуверенности в истории догматов Я знаю Бога так, как не знаю самого себя. Смысл таков субстанция Бога максимально проста, лишена всех изменчивых или неопределенных свойства значит, и максимально понятна.
Другой взгляд на языки стоящую за ним реальность проявляет каппадокиец1. Прежде всего, язык видится св. Гри­
1 Учение св. Григория Нисского об имени оказало большое влияние на
развитие православного богословия особый интерес представляет то, как
Раздел IV.
Святитель Григорий Нисский
горию Нисскому строго производным от двойственной, чувственно-рациональной природы человека:
Всякое слово, то есть истинное слово, есть звук, обозначающий какое-либо движение мысли, а всякое действие и движение здравого рассудка относится к познанию и умопред- ставлению существующего, сколько это возможно. Естество же существующего разделяется на две части на постигаемое умом и чувствами. Но знание явлений чувственных. одинаково у всех. В созерцании же умопостигаемого естества, поелику оно превышает чувственные уразумения, разум по догадкам стремится уловить то, что убегает от чувств каждый иначе идет к искомому и соответственно рождающемуся у каждого разумению о предмете, сколько то возможно, выражает мысли, сближая, сколько возможно более, значение речений с сущностью понимаемого (Опровержение, XII. Далее, язык неспособен вполне выразить то, что мысль неспособна постичь:
Поелику одно только доступное познанию мы обозначаем посредством названия именем, а то, что выше познания, невозможно понять при помощи каких-либо служащих для означения названий — ибо как мог бы кто-нибудь означить неведомое — тоне находя никакого соответственного названия, которое бы удовлетворительно представило предмет, принуждены бываем многими и различными именами, сколько то возможно, раскрывать находящееся в нас понятие о Божестве Там же).

Свойства чувственных предметов — расстояние, делимость, ограничение, по которому они ограничены со всех сторон небытием, изменчивость и т.п. — неизбежно наличествуют во всех положительных определениях бытия.
Посему, дабы видимо было, что высочайшее Естество не имеет никакого сродства с дольними предметами, мы о Божеском естестве употребляем понятия и речения, пока­
оно использовалось в так называемых «имяславческих спорах начала XX в.
См.: Троицкий СВ Учение св. Григория, еп. Нисского, об именах Божиих
и относительное поклонение. СПб., 1914.
156
Лекция 13.
Полемика с Евномием
зывающие отличие от таковых предметов. Мы называем превысшее веков предвечным, не имеющее начала — безначальным, нескончаемое — бесконечным. О такого рода именах желающие пусть при помощи науки судят, как угодно, и прилаживают к этим именам другие, которые они называют означающими лишение, отрицательными или каким угодно. А мы, предоставив учить или учиться этому желающим, исследуем один только смысл — согласен ли он с благочестивыми достойным Бога пониманием или чужд его Там же).
Поэтому, когда о Сыне и Духе говорится, что Они «собез- начальны» и «сопоклоняемы» Отцу, никакого логического казуса здесь нет, ибо здесь имеет место вовсе не умножение исключительных качеств абсолюта, но признание равной непостижимости его персональных способов существования
(ипостасей). Если же учение о Святой Троице не противоречит благочестию относительно Богато нет никакой беды в том, что существуют препятствия в языке для его полностью адекватной формулировки, потому что сама природа языка допускает лишь векторное исследование бесконечного. Ибо что значит горсть по отношению к целому морю, тоже значит вся сила слов по отношению к неизреченному и необъятному Естеству Там же, VII. Желая показать неразрывность религиозной практики Церкви с ее триадологическим догматом, Святитель обращает внимание на древнюю формулу, без которой не совершалось таинство крещения Во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мф. 28,19). Далее он ставит ее вряд с другими таинствами, прежде всего с покаянием, и говорит о таинственном значении Божественных имен, освящающих человека и защищающих его от наветов лукавого. Здесь характерный пример того, что ссылка на Евангелие может быть неподтверждением уже сделанных выводов, а системным элементом философско-богословского анализа. В случае полемики с духоборами анализировался Символ веры 325 г, оставивший нерешенным ряд вопросов. Так, св. Амфилохий
Иконийский предлагал обратиться к источнику Никейской веры, уточняя, что этим источником является крещальная формула Беседа IV. PG 39. 96).
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   22

перейти в каталог файлов
связь с админом