Главная страница

Сакья Пандита - Письмо Буддам и бодхисаттвам де... Сакья Пандита Письмо Буддам и бодхисаттвам десяти направлений


Скачать 164.21 Kb.
НазваниеСакья Пандита Письмо Буддам и бодхисаттвам десяти направлений
АнкорСакья Пандита - Письмо Буддам и бодхисаттвам де.
Дата26.09.2017
Размер164.21 Kb.
Формат файлаdocx
Имя файлаСакья Пандита - Письмо Буддам и бодхисаттвам де...docx
ТипДокументы
#36450
Каталогdongregory

С этим файлом связано 63 файл(ов). Среди них: Практика Брахмачарьи [Свами Шивананда Сарасвати].doc, 3_Gambiram_Seshayya.pdf, Perelomov_L_S_-_Konfutsianstvo_i_legizm_v_politicheskoy_istorii_, 3 Гамбирам Сешайя.docx, Kak_sozdavat_personazhey_v_snovideniakh.docx, Kurs_izvestnykh_khudozhnikov_urok_22_-_Studiynoe_proizvodstvo.pd и ещё 53 файл(а).
Показать все связанные файлы

Сакья Пандита

Письмо Буддам и бодхисаттвам десяти направлений

 

 

Намо Гуру! Намо Манджугхоша!

Я направляю это письмо Победоносным и их сынам – любовно пекущимся о благе других, постигающих своей неомрачённой мудростью всё постигаемое. Незапятнанные, словно пространство, они, пребывая в покое, всё же осуществляют спонтанные деяния во исполнение наших желаний и нужд и во всякое время защищают нас от лишений. Будучи сами совершенно свободными от мирских путей, они никогда не обманывают ожиданий тех, кто взывает к ним.

Кланяюсь безупречным лотосовым стопам всеведущего наставника существ, чья слава гремит во всех трёх мирах вселенной, не исключая обиталищ таких богов, как Шанкара, Брахма и Индра.

Намо! Я адресую это тебе, великий защитник; тебе, кто обладает глазами сострадания и всеведущей мудростью и таким образом прямо воспринимает мир живых существ. Сперва ты породил в себе решимость достичь просветления ради одного только блага других, а затем упорно трудился в течение трёх неисчислимых кальп, не жалея ни жизни, ни тела. Обретя высшее пробуждение в природе просветления, ты полностью повернул чудесное, благородное колесо учения полной свободы. И затем, созвав полное собрание святых, ты вверил это благородное учение наилучшим из своих сынов. «Это учение, – сказал ты, – будет вашим наставником, когда я отойду с миром. Поэтому придерживайтесь его, избегая исказить в нём слова или смысл».

Что касается учения последних пятисот лет, то ты поручил его держателям Трипитаки и настойчиво указал владыкам мира, таким как боги и могущественные покровители, обо всём позаботиться. А после этого, великий защитник, ты проявил уход с миром, и затем в течение долгого времени твоё учение было почтительно сохраняемо – как святыми, так и обычными способными людьми, также благочестивыми царями и верующими покровителями.

Но теперь, в эпоху упадка, учение Муни почти исчезло. В полном согласии с предсказанным в Абхидхармакоше, оно было спутано обладателями ложных воззрений. В северной Стране Снегов его в особенности сокрыла тьма неверных идей.

Большинство монахов здесь мало учится; а тем, что учатся, не хватает усердия. Тех, кто усерден в соблюдении обетов, мало уважают; а те, кого уважают, не усердны в соблюдении обетов. Покровители имеют мало веры в учение, а верующие делают низкие подношения, поднося то, что добыто неправедной жизнью. Но достойно жалости положение тех практикующих, кто отказывается от таких подношений!

Даже и те, кто имеет веру в буддийское учение, выбрасывают чудесные писания трёх корзин и четырёх тантр, словно грязную солому, и более почитают не слова самого Муни, а ложные слова невежд. Они из кожи вон лезут, избавляясь, будто от яда, от учений таких великих существ, как Нагарджуна, Асанга, Васубандху, Дигнага, Дхармакирти и прочие мудрецы, также от учений таких достигших, как Вирупа и Арьядева, хотя всё это, вне всяких сомнений, аутентичные тексты. При этом они усиленно трудятся, изучая ложные системы, выдуманные шарлатанами. «Вот учения достигших!» – так они говорят и распространяют эти учения среди несведущих.

Мало в этом мире тех, кто обладает ясным различающим пониманием; ещё меньше тех, кто обладает заслугами. Таким образом, держатели драгоценности благородного учения – то есть твоих писаний – весьма редки.

Осознавая это и опасаясь, что учение Шакьямуни исчезнет, я изучил большую часть писаний, а также логику, чтобы самому не быть неучем и чтобы принести пользу другим.

Таким образом я достиг некоторого понимания того, как различать верное и неверное в отношении основ религии. Да будут мне в этом свидетелями все Победоносные и их сыны, мудрые держатели питак и те достигшие реализации, кто украшен глазом сверхчувственного восприятия. Вот, прошу выслушать мои краткие соображения о правильном и неправильном.

Тобой самим было сказано: «Монахи и учёные не должны принимать моих слов из одного лишь почтения, но только сперва исследовав их, как золото, путём сжигания, рассекания и трения».

Кроме того, я памятую о написанном в сутре: «Не порицай достойного похвалы и не хвали достойного порицания».

И также я вижу истину в словах Ратнакарашанти: «Нехватка веры – первейший из всех врагов; но избыток её способен стать чрезвычайным препятствием к продвижению – ибо во всеведение проникают через праману, а от преданности оно не может возникнуть».

И далее, я видел, что во всех питаках и великих трактатах ошибочное энергично отвергается, а утверждается безошибочное. Желая вести благородную жизнь, я также следовал этому и провёл некоторые различения в связи с религиозным учением.

Наиболее разумных держателей писания это порадовало; однако несведущие, неумные, злобные и страстные люди принялись меня порицать. Да будут свидетелями всеведущие Будды: мной не двигало ничто, кроме заботы о других! И позор мне, если я учил неправильно! Но если я учил правильно, то возрадуйтесь этому и вы!

Высоко образованные люди хорошо знают грамматику, логику, эпистемологию, метрику, поэтику, поэтические фигуры, этимологию и так далее. Держатели питак знают изученные ими писания Трипитаки. Сведущие тантрические мастера знают тантры четырёх классов. Царь Шакьев не учил ничему за пределами этого! И практические наставления по этим темам только тогда могут считаться аутентичными, когда они согласуются с соответствующими коренными текстами. Противоречащие же этим текстам наставления, какими бы они ни были глубокими, следует считать измышлениями индийских не-буддистов, ибо они не имеют отношения к словам Будды. О Будды! Судите сами, верна ли такая критика.

Что касается грамматики, то начиная от отдельных слогов, слов, выражений, предложений и прочего, заканчивая цельными единицами писания, сказанное Муни во всех отношениях прекрасно – мелодично, выразительно, полно смысла, истинно и так далее. Буквы короткие, длинные и вытянутые, согласные простые и придыхательные, твёрдые и мягкие, знаки диакритики длинные и короткие, среди них грав, акут и всё прочее. Но поскольку в Тибете всё это не в ходу, то редко употребляется верно. Я различал длинное и короткое и так далее согласно грамматике; но большинство людей считает меня неправым, так как они сами не знают грамматических форм.

Что касается метрики, то я составлял вместе короткие и длинные слоги, цезуры и прочее согласно текстам по метрике, но снова во мне усомнились – люди, которые сами не знают метров. Я применял поэтические фигуры и синонимы согласно трактатам учёных; но невежды отвергли написанное мной.

Я верно учил, согласно семи трактатам Дхармакирти и не допуская противоречий ни с писаниями, ни с логикой, определениям и классификациям верного знания; что касается прямого восприятия и умозаключений, то я учил феноменам и исключениям, связи и отсутствию связи, устройству мыслей и слов, а также прочему. Но те, кто учит неверным логике и эпистемологии, стали мне возражать.

На последнем соборе твоя Виная была составлена в четырёх вариантах из-за различия языков между последователями разных линий. Вследствие этого восемнадцатью школами было изложено множество разных запрещающих и разрешающих правил, и одна школа не согласовывалась с другой. Между четырьмя основными линиями можно видеть много различий: во-первых, в их ритуалах пострига; во-вторых, в запрещаемом и разрешаемом; и, наконец, в ритуалах дарования, восстановления и снятия обетов.

Точно таким же образом можно видеть много противоречий касаемо запрещаемого и разрешаемого ради помощи другим существам между системами Парамитаяны и Мантраяны – в силу различия соответствующих уровней практики. Я объяснял эти темы согласно писаниям; однако последователи теории безусловно запрещаемого и разрешаемого не согласились со мной.

А когда я указал, что писания учат обретению абсолютной бодхичитты через реальность, и что в коренных текстах не дано никакого ритуала её получения, то некоторые заклеймили меня как слепого фанатика. Однако ты сам провозгласил, что относительная бодхичитта происходит от речи, будучи порождаемой ритуалом. В четырёх изначальных линиях шраваков были различные ритуалы её порождения, и также два вида ритуала порождения относительной бодхичитты есть у махаянистов: читтаматринов и мадхьямиков. Я объяснял эти ритуалы, проводя упомянутые различения; но большинство людей, несведущих в Трипитаке, не согласились со мной.

Опираясь на писания и логику, я утверждал учение о том, что тренировка есть культивация бодхичитты, состоящая в обмене себя на других, но мелкие люди подняли меня на смех. И также когда я делаю другие утверждения о тренировке согласно сказанному в учениях Будды, им трудно принять это.

В настоящее время стало много практикующих тантру; однако мало кто из них действительно изучал тантрическую систему. Даже упорным, обладающим ясным умом людям трудно понять смысл тантр; как же невежественным, которые никогда не учились, постичь их скрытое значение? Можно видеть, как они собирают последователей, хотя сами не учились до того у сведущего мастера. В результате этого о тантре возникает множество ложных представлений. Пусть сами Будды и их сыны выслушают моё собственное изложение этой темы и решат, верно оно или нет!

Если не выполняешь тантрических медитаций, нет ничего плохого в том, чтобы не иметь посвящения. Но если некто заинтересован в практике тантрических медитаций, то ему совершенно определённо требуется получить посвящение. В Махамудратилаке сказано:

 

Сколько песок ни дави, из него невозможно выдавить масла. Подобно этому, не может быть достигнута реализация, если не было получено посвящение. Если же кто из гордости объясняет тантру и её обеты непосвящённому, то и сам он, и этот человек немедленно после смерти переродятся в аду, хотя бы даже ими и были обретены какие-то сиддхи. Поэтому всеми силами старайся получить у мастера посвящение.

 

Подобное же говорится и Ваджравали: «Если тантры объясняются при отсутствии посвящения, то и учитель, и ученик немедленно после смерти родятся в Великом Ужасном аду, хотя бы даже смысл и был верно ими понят». Также и в Парамадье: «Если, не имея посвящения, будешь объяснять тантры и созерцать природу мантр, то даже если верно поймёшь смысл, всё равно родишься в аду и не будешь иметь надежды на освобождение». В других тантрах и во всех основных трактатах также говорится, что тантрические медитации может выполнять только человек, получивший посвящение и обеты. Но когда я объяснял эти строки – согласующиеся с твоими собственными словами! – то несведущие в тантрах были со мной не согласны, и даже те, кто, хотя ничего и не понимает, всё же знает кое-что, нашли возможным меня бранить.

Легко видеть, как мало подлинных, разумных, умелых мастеров, дающих посвящения. Я слышал о невеждах, не знающих ритуала, которые собирают таких же неучей и выполняют для них ущербные ритуалы посвящения, в которых все предварительные, основные и завершающие церемонии проводятся над многими сотнями и тысячами неофитов. Их мантры, медитации и ритуалы во всех отношениях расходятся с твоими словами; как же они могут быть источниками реализации?

Ты сам сказал в Саманьявиддхигухьятантре: «Что касается частных деяний, то деяния божеств, связанные со временем, следует выполнять соответственно времени, в противном случае – в силу ущербности ритуала – реализация не будет достигнута». Но если сказано, что даже при малой неправильности ритуал не принесёт реализации, то нынешние практикующие, ожидающие реализации от совершенно неправильного ритуала, верно, обмануты злыми духами!

И поэтому, когда я верно объяснил все ритуалы, многие были в ярости. Стоит ли говорить, что находятся невежды, обращающиеся к ритуалам, которые были измышлены обманщиками: благословлению Варахи, посвящению медитации, жертвенному посвящению и так далее? Но есть и такие легкомысленные люди, которые, хотя и гордятся тем, что являются держателями Трипитаки, также верят в эти ритуалы! Если это называют учением, то что же тогда не-учение? Ни в одной сутре и тантре не говорится о таких вещах!

Некоторые говорят: «Человек с высшими способностями может быть приведён к созреванию благословением Варахи». Никогда благословение Варахи не объяснялось как приводящее к созреванию! Ни для обладателей высших способностей, ни для обладателей средних, ни для кого бы то ни было. Да если бы и говорилось так, это напоминало бы заявления вроде: «Можно стать монахом, если тебе положат на голову текст посвящения», – или: «Можно стать монахом, если домохозяева сделают то, что положено делать посвящающему и проводящему церемонию». У мудрого эти утверждения вызовут смех; но в наши дни никто не смеётся над посвящением Варахи и прочим. Но однако же, если мы доверяем Слову Будды, то следует заметить, что в нём нигде не упоминаются ни такой постриг, ни такие церемонии посвящения. Поскольку и то, и другое ошибочно, благородный не станет действовать таким образом. Фанатики не соглашаются со мной, когда я отвергаю эти и подобные ложные идеи; так пусть же Будды и их сыны судят, верно или неверно то, что я говорю.

И далее, большинство нынешних практикующих в этой Стране Снегов не соблюдает фактически ни одного твоего наставления касаемо различных моментов в связи с ритуалами освящения, огненными пуджами, принесением жертв, кремацией, седьмым днём, бардо, переносом сознания и сосредоточением внимания. Очевидно множество пропусков и привнесений; и ошибки этого рода были отвергнуты мной как вредные для учения Будды. И по этому поводу я также был поносим большинством невежд, таящих преданность низшим учителям и отвращение к сутрам и тантрам. Пусть великий защитник и его сыны сами решат, был ли я прав!

В настоящее время весьма распространились практики, в которых различные классы тантр спутаны. Так, хотя Амогхапаша и некоторые другие относятся к Крия-тантрам, находятся те, кто практикует в связи с ним две стадии, как это делается в Махайоге. И в других классах тантры спутанные ритуалы стали в порядке вещей: мне приходилось видеть, как из мандал Хеваджры и Чакрасамвары изгоняли центральное божество, замещая его образом человека. Но человеческое тело не обладает той благой предрасположенностью к сближению очищаемой основы с очищающим, какой обладает изображение Будды! Если видишь своего мастера как самого Будду, изображения Будды достаточно; если же нет, то разве это не ужасное злодеяние – изгонять Будду и замещать его человеком? Если не отказаться от таких практик, учению будет нанесён вред. Однако когда отвергаешь их, это ранит чужие чувства.

Но если не доверять Слову Будды, какой тогда смысл во всех этих монашеских постригах, посвящениях и других ритуалах? А если доверять Слову, то отчего не осуществлять посвящений и прочего согласно написанному в сутрах и тантрах?

Движимые жаждой почёта, некоторые мастера намеренно выполняют все ритуалы неверно. Эти мастера введены в заблуждение злыми духами. Я видел много неправильных объяснений обетов и клятв, возникших таким путём. Многие были недовольны, когда я указал на ошибки в этих объяснениях; так будьте же вы мне свидетелями!

Бхагаван! Ты учил, что путь тантры заключается в двух стадиях. Однако большинство медитирующих-тантриков считает, что эти две стадии необязательны. Когда я опроверг их с помощью твоего слова, то и они также на меня разозлились. Не понимая изложения ритуала, где очищаемые основы верно соединяются с очищающим, большинство практикующих стадии зарождения занимаются выполнением произвольных визуализаций, придуманных ими самими. И это несмотря на то, что сказано: спонтанную визуализацию могут практиковать продвинутые практикующие, завершившие упражнения в визуализациях стадии зарождения и занимающиеся преимущественно стадией завершения. Не говорится, что за это можно браться сразу же! Разве можно, к примеру, накрыть обед, не запасшись едой? Точно так же невозможно выполнение спонтанной визуализации беспрепятственного пути для того, кто не упражнялся прежде в путях накопления и применения. И как нельзя сразу войти в ваджрное самадхи, не преодолев последовательно десять ступеней, так же нельзя приниматься за спонтанную визуализацию в медитации на идаме, не пройдя подготовку практиками стадии зарождения.

Если начитываешь мантры согласно соответствующему ритуалу, станешь Повелителем Мантры в этой же самой жизни; однако нигде не говорится, что есть смысл читать мантру, какой бы замечательной она ни была, в отсутствие ритуала!

Для того, кто обладает правильным пониманием, медитация туммо является техникой развития мудрости. Однако если неверно выполнять её, внутренний жар порождает лишь обычное тепло, но не мудрость – что является частью не-буддийских индийских систем, но не нашей. Подобным же образом сходны брахманические и буддийские объяснения пран и йогических упражнений; если не имеешь досконального знания, трудно отличить медь от золота.

В твоих собственных писаниях сказано, что культивация махамудры есть мудрость, возникающая от посвящения и особого самадхи двух стадий.

Касаемо Белого Самодостаточного Средства: некоторые говорят, что оно и есть махамудра. Они учат так: «Махамудра состоит в том, чтобы, избежав четырёх падений и трёх отступничеств, культивировать в медитации изначальный ум; с ним следует поступать, как при прядении браминской нити – то есть оставив его в естественном, неизменённом, расслабленном состоянии». Но если задуматься о примере, то ясно, что если оставить как есть, то будут лишь шерстяные волокна, а если прясть, то происходят изменения; то есть аналогия неудачна. Кроме того, я вижу здесь следующую смысловую ошибку: если бы махамудра достигалась всего лишь избеганием трёх отступничеств, то и шраваковское прекращение было бы махамудрой. Что касается мысли: «Я буду избегать четырёх падений», то она не является махамудрой; но если нет этой мысли, как избегать их? А если бы было возможно избегать и без этой мысли, разве не проявлялась бы махамудра естественным образом во всех чувствующих существах? Таким образом, если есть махамудра, то нет четырёх падений и трёх отступничеств; если же они есть, нет махамудры.

Итак, ты не учил такой махамудре. Так же и я не придерживаюсь этой махамудры, не данной в тантрах. Но когда я публично заявляю об этом, то люди, не сведущие в тантрах, злятся на меня. Кто прав: эти злобные существа или я? Прошу Победоносных и их сынов вынести своё решение!

Большинство людей, не понимающих классификации тантр, раскритиковали моё исследование того, что в системе девяти колесниц является верным, а что – ошибочным. Пусть Благие решат, что там верно, а что – неверно!

Некоторые говорят: «Слова Будды следует понимать только буквально; в них нет ни аллюзий, ни скрытых смыслов. Если бы он говорил как прямо, так и аллегорически, из этого следовало бы, что и Будда произносил неистинные слова». Я хорошо объяснил систему прямых и косвенных смыслов и так далее; однако некоторые люди, невежественные в Трипитаке, стали выступать против меня. Взгляните и увидьте, кто прав!

Некоторые говорят, что твои утверждения о природе Будды следует понимать дословно. Я же учу, что они требуют толкования, и подкрепляю это писаниями и логикой.

Ты сам назвал своё учение срединным и отверг догматические крайности этернатизма и нигилизма. И я, согласно сказанному тобой, также отвергаю этернализм и нигилизм – как во время объяснения, так и во время медитации на абсолютной природе и при посвящении заслуг. Касаемо крайности этернализма ты учил, что такое восприятие феноменальных характеристик является ядом. Следуя этому, я учу, созерцаю и посвящаю заслуги, избегая яда приписывания объектам бытия или небытия. Однако же те, кто придерживается не-буддийской традиции Санкхья и шраваковской традиции Сарвастивада, оспаривают этот подход. Прошу тебя отделить здесь верное от ошибочного и дать объяснение!

Относительно системы уровней и путей: некоторые утверждают, что уровни и пути необязательны. Другие, случается, перепутывают чуть ли не все моменты сходства и различия между традициями Мантраяны и Парамитаяны. Что касается верной системы, то мной, согласно сказанному в сутрах и тантрах, были объяснены внутренняя и внешняя взаимосвязанность обычных и высших уровней и путей. Хотя Уддияна, Джаландхара, Химават, Чаритра и прочие великие места – внутренние и внешние – являются десятью уровнями и так далее, невежды, не изучившие как следует тантры, не способны таким образом их понять; как следствие, многие из них пытаются найти эти великие места, не продвигаясь по уровням и путям. Видя, что они вступают в противоречие с писаниями, я опроверг их. Также и по этой причине такие люди теперь меня избегают.

Аналогичным образом, между системами Шравакаяны, Парамитаяны и Мантраяны существуют глубокие различия в отношении уровней и путей; в некоторых моментах они подобны друг другу, в иных – не подобны. Но невежды этого не понимают. И хотя я учил в согласии с твоими словами, однако и по этому поводу фанатики также на меня разозлились. Прошу, взгляни своим буддовым оком и рассуди, кто прав в данном вопросе.

Уча соединению слов, я объяснял сложные слова – бахуврихи, татпуруши, двигу, двандвы, авьяйибхавы и прочие – согласно грамматике санскрита. Все переводы с санскрита на тибетский, сделанные сведущими, верны; однако я видел и те, которые были выполнены людьми, не знающими санскритской грамматики. В этих переводах были перепутаны слова, и смысл местами был искажён. Эти переводы я исправил и снабдил объяснениями. Некоторые небольшие отступления от санскритской грамматики можно найти в отдельных переводах Кавы Палцега и Чокро Луу Гьялцена. Некоторые тексты переведены в соответствии с их смыслом. В некоторых есть архаичные слова, трудные для понимания. В некоторых сохранён ранний подход к переводу, а другие исправлены согласно новой предписанной терминологии. Бывает, что некоторые слова оставлены непереведёнными. По-видимому, в некоторых случаях одни и те же санскритские слова переводились на тибетский различным образом, согласно тем или иным значениям их корней. Даже сведущему трудно доскональным образом разобраться в подобных и неподобных словах и их значениях; что говорить о неучах! Но хотя я изучил терминологию и в силу этого хорошо её понимаю, люди, будучи невежественными и пристрастными, высмеяли меня. Но ты, великий защитник, и вы, его сыны, знаете ведь, имею я понимание или нет?

Люди мирские в большинстве своём восхваляют тех, кто отвергает Благородное Учение. А поскольку я отвергаю то, что противоречит религии, то большинство из них отзывается обо мне дурно. Они следуют не Будде, заботящемуся о мире, а Каме – обманщику с цветочными стрелами. Горе! Люди малых заслуг, потеряв своё духовное наследие, теперь пытаются умилостивить злых духов.

Итак, хотя я осуществлял опровержения и доказательства в соответствии с писаниями и логикой, когда исследовал ошибочное и безошибочное в слове и смысле, большинство мирских людей в силу ненависти и страсти критиковали меня. Но ведь вас, обладающих глазом всеведения, я порадовал! Случилось то, о чём писал учитель Нагарджуна: «Учения не были даны Татхагатами для диспутов; но теории других они сжигают так, как огонь сжигает дрова».

Так же и я учил не с намерением принизить других; однако когда я говорил согласно твоим питакам, это жгло их религиозные традиции. Когда прикладываешь прямой отвес, это раздражает тех, у кого искривлённые линии. Подобным же образом и последователи подложных традиций не были рады, когда я стал правильно утверждать твоё учение. Во мне нет ни ненависти, ни страсти; но когда я, заботясь о сохранении учения, говорю истинные слова, то мои собеседники приходят в ярость. Если же я стану говорить ложные слова, это будет великим злом!

И вот, почтительно сложив ладони, я спрашиваю всех Будд десяти направлений: следует ли мне говорить истинные слова или ложные? Когда я утверждаю истину, то это злит всех, кто говорит ложь. Но если и я стану говорить ложь, то боюсь, что это повредит Слову Будды. И далее, если я буду защищать учение, то опровергну все ошибочные теории. Но если я буду заботиться о чувствах мирских людей, то это послужит распространению таких теорий. Провозглашая истину, я уязвляю чувства других. Но если я стану говорить ложь, это будет разрушительно для Учения. А если я буду совсем воздерживаться от речей, в вопросе останется неясность. Трудно поступить в этом случае благородным образом!

Говорится, что когда великий мудрец Аида опроверг учение о принесении в жертву живых существ, то был убит кровожадными злыми духами. И даже сейчас то место известно как «место борьбы Аиды». Говорится также, что сострадательный Супушпачандра – совершенный монах и наставник в Благородном Учении – был наказан царём за своё провозглашение Благородного Учения. Также и многие другие учителя пострадали от мира из-за того, что провозглашали истину. Прошу тебя, заботься о них, Сострадательный!

Вот, с почтительно сложенными ладонями я призываю вас, Будды и бодхисаттвы десяти направлений, и умоляю: взгляните, как страдают эти слабые существа, и отвратите деяния Мары! Как только возможно, поддерживайте этих существ духовно! Я принимаю прибежище в тебе, о наилучший из наставников, кто достиг своей цели и целей других, и кто оберегает всех этих существ посредством обычных и высших религиозных учений!

Манджушри, тело мудрости всех Будд, проявив одиночную форму, явился мне в виде совершенного мирянина и рассёк сеть моих омрачений. И голос прогремел с неба: «Уже в течение долгого времени он является твоим духовным другом». Склоняюсь перед тобой, о прекрасно сдержанный мастер! Большинство омрачённых людей преданно слушают тех, кто, отвергнув слова Будды, сам окутан тьмой ошибочных взглядов. И таких «учителей» они называют превосходными духовными советчиками! Случись даже им найти безупречного благородного мастера, украшенного совершенными качествами и практикующего согласно Слову Будды, эти мирские создания не почувствуют особенной веры.

Хотя я знал достаточно хорошо, что ты воплощение всех Будд, самая сущность Манджугхоши, проявившаяся в виде обычного человека, всё же из-за моих омрачений во всех отношениях выходило так, будто я не осознаю этого, – даже когда я осознавал. Как сильны наклонности, происходящие от прошлых действий! Но когда ты даровал посвящение и ввёл меня в его смысл, все мои сомнения рассеялись. Склоняю свою голову перед тобой, наилучшим в учении!

Великий защитник! Оставляя силы физической жизни, ты с настойчивостью передал мне свои совершенные наставления. Упорно осуществляя их, насколько позволяли мои возможности, я достиг освобождения от препятствий. Таким образом сказанное тобой исполнилось в точности. Я принимаю прибежище в тебе, о провозглашающий истину!

Трудно достичь неколебимости ума, когда тебя уносит поток деяний. Взгляни же на нас, о защитник мира, который есть наилучшая купальня для омовения от загрязнений, обретённых в силу воздействия зла! Склонившись перед тобой с почтительно сложенными ладонями, с глубоко устрашённым умом, я взываю к тебе с молитвой и раскаиваюсь снова и снова во всех своих неблагих деяниях. О защитник и его сыны! Да искорените вы изо всех существ семена зла!

Великий защитник, кто обладает умом сострадания, взгляни на этих существ! Они лишены глаза мудрости. Предаваемые возлюбленными друзьями, на которых они возлагали свои надежды, они скитаются по путям страданий, сгибаясь под тяжестью груза своей боли. Всякое направление для них закрыто препятствиями; слабые, мучимые жаждой, с запавшими глазами, они издают жалобные крики. Прошу тебя, заботься об этих существах, не имеющих ни прибежища, ни опоры! Мы принимаем прибежище в тебе, кто в самом начале провозгласил: «Беззащитные! Я буду вашим защитником!» Услышь, о обладающий состраданием, что выражено в этом твёрдом обещании! Мы совершенно устрашены этим потоком страданий, который из-за силы прошлых поступков так трудно обратить вспять. О великий защитник! Молим тебя, спаси нас!

И вот ещё одна просьба: посмотри на нас с великой решимостью. Прошу тебя, опусти свой взгляд на такие места, как Магадха, Кошала, Ватсала, Вайшали, Уджжайини, Варанаси, Капилавасту и так далее; на тамошние храмы и держателей питак, столь усердных в исполнении обетов; на своё собственное буддийское учение; на радости и печали обитающих там существ.

А вот земли к югу и западу: Уддияна, Джаландхара, Конкана, Синдху, Кашмир и Кхаша; Макха (Мекка) и страна Ли (Кхотан); Хор и Великий Хор (Монголия и Центральная Азия); Халашан и сопряжённые земли; Китай и Великий Китай; Гандхара; Камарупа; Тамрадвипа, Сурварнадвипа (Суматра), Чандрадвипа, Симхадвипа (Шри Ланка); Бханга, Варанда (Варендра) и прочие – прежде и там жило твоё учение!

А об этой северной Стране Снегов тобой, о Муни, было предсказано: «В областях, известных как Тибет и Великий Тибет, спустя двадцать пять столетий после моего ухода в нирвану распространится благородное учение». Ты сам, о защитник живых существ, предсказал, что здесь будут держатели благородного учения – читающие его, повторяющие, изучающие, объясняющие и практикующие. Ты сказал, что видел это собственными глазами.

Может и так; однако теперешние люди слабы в заслугах, и настоящая эпоха есть эпоха упадка. Дошло до того, что твоё учение разрушают с помощью имитаций твоего учения. Вследствие этого существа подвергаются едва переносимым страданиям. Подобно оленям, преследуемым охотниками, они спотыкаются от страха, и их безумный взгляд, полный ужаса, мечется, ни на чём не задерживаясь. Их тела мучимы холодом и ветром, животы терзаемы голодом; некоторые совершенно разбиты болезнями. Есть те, кого разоряют собственные друзья, и есть те, для кого все дороги закрыты. Умы некоторых совершенно смущены, а других, чьи заслуги истощились, презирают даже злые духи. О Будды и их сыны! Позаботьтесь о нас, для кого созревают ужасные плоды прошлых дурных деяний!

Ты сказал: «Человеческий мир относится к высшим мирам», – и восхвалил его как радостное место пребывания. Прошу тебя, о великий защитник, скорее освободи нас от страданий этого «радостного места»! Все прибежища, к которым люди обращались, подвели и предали их; поэтому мы ищем прибежища в тебе, о наилучшее из прибежищ, которое никогда не обманывает!

О сострадательный! Взгляни на те места, в которых пребывают адские существа. Взгляни на живущих в страшных адах – Кровавом, Чёрной Нити, Ужасном, Мучительном и до самого непереносимого Авичи. Пронзаемые дождём пылающих клинков, неспособные даже плакать, они издают жалобные стоны. Как вылечить существ, чьи разбитые, окоченевшие в холодных адах тела не в силах даже шевелиться? Скажи, о великий защитник, как помочь голодным духам, так долго терзаемым голодом и жаждой, что они воют от своих мучений?

О добрый и сострадательный! Взгляни на животных, чья жизнь полна ужаса перед тем, чтобы быть съеденными. Некоторых из них убивают путём зажаривания; других ловят и потрошат. Защитник, прояви к ним сострадание!

Невообразимые страдания существуют также и в высших мирах, местах обитания асуров и богов. Сперва они переходят от удовольствия к удовольствию; но в конце гибнут в боли и причитаниях и падают в нижние миры. Взгляни на них, любящий! Если твоё сострадание обходит тех, кто испытывает плоды дурных деяний, достигает ли оно тех, кто живёт в счастье?

Мы можем видеть, что больным помогают врачи, путешественникам – спутники и охрана, слепым – поводыри, нуждающимся – жертвователи; даже для тех, кто приговорён к смерти, находятся спасители. Если даже люди – невежественные, бессильные, обладающие малым состраданием – таким образом пытаются заботиться о других, не пристало ли тебе – умиротворённому, всеведущему, любящему, направленному на помощь всем существам, украшенному бесчисленными силами – устремиться к ним на помощь?

Если ты не способен помочь существам, когда их уже настигло созревание плодов дурных дел, то почему, о защитник, ты не мешаешь им совершать эти дела? А если ты не способен остановить их, то в чём тогда смысл львиного рыка: «Я всеведущий!» – изданного тобой посреди собрания? Как мне отвечать согласно учению, если меня спросят об этом индийские не-буддисты или прислужники Мары?

Твой ум украшен четырьмя неизмеримыми: любовью, состраданием и так далее; ты обладаешь шестью беспрепятственными сверхъестественными способностями: божественным зрением, силой творить чудеса и так далее. Почему же ты, в таком случае, не защищаешь существ своей любовью и не воспитываешь чудесами? Ты провозгласил, что если твой сын не станет устрашать чудесами вредоносных существ, то это будет падением для твоего сына. Но разве не так поступаешь ты сам, наделённый тремя видами чудесных способностей? Что мне ответить, если кто-либо спросит меня об этом?

Если ты, обладающий мощью десятью сил, одолел даже воинство Мары, то почему ты не преодолеешь способности этих малых существ причинять боль друг другу? Защитник! Если ты, достигший совершенства в десяти силах, оберегаешь все существа, то в чём польза этим беспомощным существам от твоих сил?

Также ты обладаешь четырьмя чистыми, позволяющими тебе проявлять несуществующее как реальное, трансформировать существующее из одной формы в другую, и так далее. Пришло время для твоих деяний! Вхождением в самадхи Сокровищницы Пространства ты устраняешь нищету живых существ; так взгляни же на нищету, которая царит теперь, и войди в это самадхи!

Твоё великое сострадание каждый день по шесть раз обозревает все миры, населённые существами. В своей сущности, свободной от забывчивости, ты непрестанно размышляешь о принесении им пользы. Свободный от клеш, ты преодолеваешь и свои собственные клеши, и клеши других. Прошу тебя, преодолей клеши и нынешних существ, сделай это без отлагательств! Поскольку ты достиг совершенства в самадхи Героического Продвижения и других, то тебе ничего не стоит это сделать. Так помоги же нам! Ты достиг четырёх основ бесстрашия и провозглашал в собраниях львиный рык своей неуязвимости для последователей брахманизма; озари же этот мир!

Мы молимся тебе, о наставник земных и небесных миров, обладающий восемнадцатью чистыми качествами, которыми обладают только Будды. Ты, обладающий мудростью постижения реальности, правильно обретённой через совершенные средства, – твои просветлённые деяния столь обширны, что невозможно объять их умом. Ты являлся Буддам во дворце сферы истинного в своей Дхармакае, в чистой земле Плотный Строй раскрыл свою Самбхогакаю наилучшим из своих сынов, и в бесчисленных мирах ты проявлял для их обитателей различные Нирманакаи. В форме рождённого проявления ты пребывал на Небесах Радости, укрощая богов, в форме искусственного проявления обратил Прамудиту, царя небесных музыкантов, и различные твои проявления демонстрировали удивительное множество иллюзорных форм ради обращения существ, трудных для воспитания. Ты укротил духов-хранителей этого мира, посвятив их в обширную иллюзорную мандалу на вершине горы Меру; ты отразил сгустившиеся вокруг тебя полчища Мары, окружив себя воинством ваджрных богинь; ради воспитания людей ты участвовал в различных юношеских состязаниях. В течение шести лет ты практиковал аскезу, чтобы опровергнуть взгляды приверженцев аскетизма. Ты одолел царя Шуддходану историями о прошлых жизнях и воспитал его посредством разрушения шести элементов. Ты укротил великого царя Билинду, проявив форму царя-чакравартина. А царь Удраяна подчинился тебе, едва лишь увидел рисунок, на котором ты был изображён.

Посредством чудес, проявленных Манджугхошей, и боги, и полчища Мары были укрощены и освобождены через Учение. Он очистил царя Аджаташатру от его грехов, наставив его на великом отрезе ткани, и вернул к прежнему положению монахов-архатов, которых перед этим низвёл в ады. Ваджрапани посредством своей великой силы уничтожил Махешвару и затем обратил его; полчища Мары он подчинил угрозами, а богиню Ревати одолел восхвалениями. Авалокитешвара в своём сострадании исцелял мучающихся болями посредством ритуалов применения видьямантр и изготовления целебных пилюль. Таким образом эти сострадательные бодхисаттвы одолевали других посредством трёх видов чудесных способностей; говорится, что они лелеяли этих мирских существ, как мать леет своего единственного ребёнка.

Ты отправил Шарипутру и других великих шраваков, чтобы они воспитали трудноукротимых обитателей таких мест, как Шравасти; ты послал Удайина пробуждать веру и побудил Катьяяну укротить местного царя. И все остальные также воспитывались теми средствами, которые были для них подходящими.

Кто удержится от изумления, узрев такие неизмеримые деяния или хотя бы о них услышав? Но если ты не осуществишь и малой доли этих прежних подвигов для нынешних живых существ – несчастных, беззащитных, потерянных и неразумных, невежественных даже относительно сторон света, словно пойманные сетью животные, – то скажи мне, что же это за сострадание?

Говорится, что Вишну, движимый стремлением помочь миру, являлся в различных формах: Рамы, Парашурамы, Нарасимхи, Ваманы и так далее – и решительно подчинял вредоносных, недобродетельных существ. Хотя он и не обладал превосходным учением, не устремился к достижению просветления, однако взгляни, о великий защитник, с какой заботой о существах он действовал!

Шакра, Чандрачуда, Хираньягарбха, Хуташапати, Васудева, цари нагов Анаватапта и Васуки, царь океанских нагов и прочие не имели ни превосходного учения, ни сострадания, свободного от объекта; и тем не менее, они помогали другим – каждый в соответствии со своими способностями. Солнце, луна, планеты и звёзды, хотя их никто и не просит об этом, движутся по небу и присматривают за землёй. Даже бездушные дерево и драгоценность, исполняющие желания, претворяют в жизнь чаяния живых существ!

Когда ты стремился к просветлению, о великий защитник, то, родившись царём богов, решительно осудил существ, упивающихся вином. Также сказано, что когда ты был рождён в Брахмарадже, то положил конец ложным воззрениям царя, явив ему свою чудесную форму; и что став бодхисаттвой Махабодхи, ты усердно творил чудеса ради воспитания царя и его свиты, попавших под влияние ложного религиозного наставника. В этих и других предыдущих жизнях ты являл всевозможные чудеса. Ради спасения жизней других существ ты даже отдавал свою собственную!

В тот причинный период стремления к просветлению ты, защитник, лелеял нас всевозможными способами, хотя сам ещё не возвысился над мирским. И когда ты достиг просветления, то воодушевлял нас многими прекрасными деяниями. Однако теперь, будучи обладателем наивысшего плода, ты видишь страдания, но вовсе не смотришь на самих страдающих. В чём же, в таком случае, заключается твоё великое сострадание?

Что плохого в том, чтобы с состраданием взглянуть на тех несчастных, которые, охваченные ужасом, бегут к тебе за прибежищем? Если ты и не можешь помочь существам, опутанным собственными действиями, что дурного в том, чтобы хотя бы поговорить с этими страдальцами? И если ты не помощник в их горе, то будь им по крайней мере утешителем! Говорится, что даже малейшая частица твоей заботы приносит облегчение; но если ты, о всеведущий, не обращаешь внимания на существ, кто другой станет нам прибежищем и защитником?

Подобно тому, как для освобождения иллюзорных царей прикладывают большие усилия среди явленных иллюзий, а волшебник способен принести им освобождение от тревог, лишь проявив своим волшебством армию, и мы просим тебя, о защитник: избавь нас своими чудесами от всяких страхов!

Хотя ты и являешься всеобщим благодетелем, однако демоны и индийские брахманисты считают тебя врагом. А Девадатта, Сунакшана и прочие обратились против тебя, хотя прежде были твоими последователями. Если даже всеведущий не способен заслужить одобрение всех существ с их несходными интересами, такому маленькому человеку, как я, смешно и надеяться им угодить!

Я глупец; но однако сказано: «Победоносные и их сыны в особенности любят низших существ – как мать более всего печётся о том сыне, который болеет», – эти слова вселяют в меня мужество. Также и царь не гневается на шута, какими бы ни были его шутки – этому правилу к радости людей следовали добрые цари древности. И ещё сказано, что если сострадательный царь гневных существ яростно призывает Будд, то все они даруют ему свои благословения. Памятуя об этом, о сострадательный защитник, я в своём невежестве был дерзок, вновь и вновь обращаясь к тебе со своими просьбами. Прошу тебя, тем не менее, выслушать это и дать ответ. Если же ты не сообщаешься с существами прямо, то наставь нас с помощью какого-либо послания.

Сознавая достоинства, которыми ты украшен, и помня твою доброту, простираюсь перед тобой столькими телами, сколько существует песчинок. Бесчисленными облаками внешних, тайных, таковых, действительных и непревзойдённых подношений почитаю твой океан добродетелей.

Унесённые ветрами деяний, мы пали в океан дурных дел. Полностью раскаиваемся во всех дурных деяниях и отрекаемся от них! Сорадуемся всем заслугам, накопленным шравакми, пратьекабуддами, Победоносными и сынами Победоносных!

Видя этот мир погружённым в невежество, ты не вращаешь колесо учения. Мы, жители этого мира, включая богов, молим тебя: проповедуй учение! А тех, кто желает уйти в нирвану, чтобы продемонстрировать редкость пришествия Будды, мы молим оставаться вместе с существами ради их блага вплоть до скончания миров. И пока мы сами не достигнем твердыни просветления, всем сердцем принимаем три прибежища – верные, наилучшие прибежища, укрывающие нас от опасностей сансары.

Также мы порождаем перед лицом Будд намерение достичь наивысшего просветления ради укоренения всех существ в счастье и осуществлять практику океана деяний. Устранив яд восприятия существования и несуществования, посвящаем эти и все прочие заслуги всему, что одобряет Манджушри.

И более того, ради спасения существ от лишений я обращаюсь к тебе, о наилучшее из прибежищ, с таким посвящением заслуг, какого ещё не знали другие. Я радуюсь твоим словам: «Будды никогда не пропускают сынов, достойных обращения», – и им подобным; но прошу тебя, позволь мне приблизиться к тем, кто не достоин быть твоим учеником. Изменив настрой их ума посредством мириада эманаций, да приведу я и их к твоему учению! Хотя ты и не отвергаешь их в своей равностности без различения, всё же ты говоришь, что по рассмотрении ты отказываешься от таких существ. Приложив великие усилия, да сделаю я этих существ, отвергнутых тобой, твоими учениками!

Зная, кто является подходящим, а кто не является, ты обращаешь свои просветлённые деяния только на подходящих; но я пойду к тем, кто не подходит для твоего учения, и сделаю подходящими и их. Ты сказал: «Собственные деяния являются только собственными и ничьими более», – и провозгласил, что невозможно вылечить испытывающего невыносимые страдания, даже если обладаешь искусным состраданием. Позволь же мне тогда пойти к этим существам, которых ты называешь неизлечимыми. Если я и не могу избавить их от страданий, да будет мне позволено по крайней мере разделить их с ними.

Трудно помогать существам; а если и помогаешь, трудно им угодить. Но даже если я и не помогу им, то да буду, по крайней мере, учить их с любовью.

Даже самое яркое солнце не способно дать свет лишённому глаз, и из самой богатой шахты не достать драгоценных камней, если в ней не трудиться. Одержимые злыми духами могут обращать лютую ярость на заботящегося о них врача, а тебя, сострадательный, трудно увидеть злым людям, даже когда ты находишься рядом с ними. Как обитатели подземелий не выносят света, так и живущие среди зла не выносят тебя, о благодетель. Видя таких глупцов, о защитник, да окружишь ты каждого из них биллионами своих эманаций и да избавишь их от всех страданий, давая каждому такие учения, какие ему понравятся. И да совершу я подвиг, превосходящий все подвиги Будд, принеся счастье каждому существу, которое не будет освобождено тобой.

Даже если бы я и не писал всего этого, ты всё равно постиг бы моё намерение; я записываю это, чтобы устранить тоску из собственного ума. Это письмо – также и от всех остальных духовных учителей, подобных мне самому, на кого обрушивается гнев других, когда они говорят истинные слова, и кто боится совершить грех, отклоняясь в своих словах от истины.

Брошенный сюда своими прошлыми деяниями, я родился в этой Стране Снегов в эпоху упадка. Но поскольку твой ум хранил меня, во мне родилась вера в буддийское учение. Однако большинство людей не любит меня, так как я утверждаю истину твоих слов. Прошу тебя, сделай так, чтобы существам стало ясно, кто говорит истину, а кто нет!

В каждой из своих жизней да буду я держателем учения Сугат, да радую благородных наставников, да стану прибежищем всех существ. Посредством этого и всех прочих корней заслуг, какие только есть у меня и других существ, да избежим мы яда представлений о существовании и несуществовании и так далее, и да сможем через это стать всеведущими друзьями всего живого.

Здесь заканчивается письмо к Буддам и бодхисаттвам десяти направлений, составленное держателем писаний Сакья Пандитой.
перейти в каталог файлов
связь с админом