Главная страница

Горюнова. Художественно-выразительные средства... Учебный курс Художественновыразительные средства экрана


НазваниеУчебный курс Художественновыразительные средства экрана
АнкорГорюнова. Художественно-выразительные средства.
Дата18.01.2017
Размер144 Kb.
Формат файлаdoc
Имя файлаGoryunova_Khudozhestvenno-vyrazitelnye_sredstva.doc
ТипУчебный курс
#15245
страница1 из 3

С этим файлом связано 48 файл(ов). Среди них: SLAVYaNSKIJ_SLED_AMERIKANSKOGO_TELEVIDENIYa.doc, Pitannya_dlya_KMR_z_kursu_Mova_na_TB_II_KTM.doc, Pitannya_na_KMR_Mova_na_TB.doc, morgan_sara_zolotoy_malchik.zip, Goryunova_Khudozhestvenno-vyrazitelnye_sredstva.doc и ещё 38 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3

Н.Л. ГОРЮНОВА

ХУДОЖЕСТВЕННО-ВЫРАЗИТЕЛЬНЫЕ СРЕДСТВА ЭКРАНА

(Москва, 2000)
ЧАСТЬ I. Пластическая выразительность кадра
ПРЕДИСЛОВИЕ

Учебный курс «Художественно-выразительные средства экрана» является составной частью дисциплины «Мастерство режиссера» при обучении режиссеров; как самостоятельный, он предназначается для операторов, журналистов, редакторов, художников, звукорежиссеров, ассистентов режиссеров и аспирантов.

Цель курса — помочь слушателям понять природу экранной образности, научить их переводить свои идеи и замыслы на язык экрана, используя богатую палитру его изобразительных возможностей.

Художественно-образные формы экранного искусства возникли благодаря системе выразительных средств, рассмотрение которой и является основной задачей данного курса.

Учебное пособие "Художественно-выразительные средства экрана" состоит из трех разделов, представляя собой своеобразную триаду (единство, образуемое тремя различными частями).

Часть I "Пластическая выразительность кадра" расскажет о зрелищной природе экранных образов, о живописных и графических возможностях композиционного построения кадра, о перспективе, свете, цвете, о спецэффектах, то есть о кадре — букве алфавита экранного языка.

Часть II "Динамика экрана" раскроет основной принцип экранной образности — принцип движения. Движение авторской мысли обуславливает появление на экране изобразительно-звуковых композиций, созданных внутрикадровым движением и движением, возникающим при монтаже: из букв-кадров складываются слова-планы, из слов — предложения (монтажные фразы), далее абзацы — эпизоды и, наконец, целостное экранное произведение.

Ритмические и мелодические закономерности монтажных построений определяют возникновение пространственно-временных структур. Перемещения во времени и пространстве, обусловленные смысловой сущностью произведения, позволяют рассмотреть различные формы монтажа.

Часть III "Изобразительно-звуковой образ" поможет осмыслить органическое единство изображения и звука в произведениях экранного искусства. Как наиважнейшая часть структуры экранного образа рассматривается слово, звучащее в кадре и за кадром. Как сильнейшее художественно-выразительное средство определяется музыка, помогающая раскрыть смысловое звучание произведения и его эмоциональную направленность. Как самостоятельный компонент экранной образности проанализированы шумы. В этом же аспекте рассмотрены звуковые акценты: шумовые, музыкальные и интонационные.

Знание изобразительных возможностей экрана, его художественно-выразительных средств позволит обеспечить необходимый уровень экранной культуры и создавать на телевизионном экране произведения искусства, а информационные, публицистические, так же как и трансляционные передачи, вывести на новый виток визуальной образности.
ВВЕДЕНИЕ

ЭКРАННЫЙ ЯЗЫК

Рассматривая телевидение в русле общей экранной культуры, прежде всего обращаешь внимание на существование оригинального языка со своей орфографией, грамматикой, синтаксисом и морфологией, на богатую палитру его возможностей.

Любой язык: русский, английский, китайский или хинди, так называемые естественные языки, точно так же как и появившиеся позже искусственные (язык программирования, машинный, информационный), является важнейшим средством человеческого общения и не отделим от мышления. Это знаковая система, способная хранить и передавать информацию.

Каждый художник выражает мысли, чувства, мироощущение собственным языком, посредством выбранной им знаковой системы, при помощи тех или иных художественно-выразительных средств. Мера таланта, конечно, у всех разная, но чтобы освоить профессию, необходимо прежде всего изучить азбуку языка, на котором собираешься общаться с аудиторией, а затем уже постараться овладеть им в совершенстве.

Язык экрана, как и любой другой язык, имеет свою систему выразительных средств, изобразительно-звуковых сигналов, зафиксированных камерой, посылаемых на экран и считываемых с него, включающих и смысловую, и эмоциональную информацию.

Языком — основой, праязыком телеэкрана является киноязык. Телевидение его дополняет, обогащает, творчески развивает, являясь разновидностью того же экранного искусства: искусства экранных изобразительно-звуковых (аудиовизуальных) образов.

Несмотря на то, что телевидение возникло как ветвь вещания, знание общих закономерностей, заложенных в природе экранных искусств, изучение всего спектра изобразительных возможностей экрана сможет в первую очередь обеспечить свободное владение языком, а, следовательно, и совершенствование профессионального мастерства творческих работников ТВ.

Овладеть языком экранных образов во многом помогает "насмотренность" — понятие близкое к "начитанности" в литературе, когда количество просмотренных фильмов и передач переходит в качество образованности, повышает "культуру видения". Внимательный и углубленный анализ лучших образцов экранного искусства позволяет уловить основные тенденции в формировании экранного языка, выявить закономерности его развития, изучить и освоить азбуку.

Культура общения во многом определяется культурой речи, для телевидения — культурой экранной речи, уровень которой в настоящее время, к сожалению, недостаточно высок. В большинстве случаев это можно объяснить упрощенной технологической схемой создания телепроизведения: приобрел камеру, включил ее, подмонтировал снятый на кассету «фильм», озвучил, и видеоматериал готов для эфира. Потому и распространено ошибочное мнение, что экранное искусство доступно всем, кто взял в руки видеокамеру. Но это лишь первое поверхностное впечатление. Более вдумчивое и внимательное отношение к экранному языку позволяет увидеть разницу между любителями и профессионалами, со всей ответственностью подойти к изучению его специфики.

Искусство экрана, подобно другим пластическим искусствам (живописи, графике, скульптуре, архитектуре), создает зримые художественные образы; подобно музыкальным произведениям развивает действие во времени, отсчитывая такты ритмов и воспроизводя мелодии, подобно литературе свободно обращается со словом, включив его в свою образную структуру.

Плоский четырехугольник экрана с заданным соотношением сторон способен передать трехмерность окружающего нас мира, воспроизвести четвертое измерение — время, создать живописные композиции, различающиеся по графическому рисунку и цвету, тончайшим тональным оттенкам и градациям света, которые сливаются со звуком "в единый поток впечатлений", по определению С.М. Эйзенштейна.

Свободное владение экранным языком, нюансами экранной речи является непреложным условием для грамотной профессиональной работы в этой области творчества.

Жанровая палитра телеэкрана отличается богатством и разнообразием. Телевизионные произведения создаются на документальном материале, игровой основе, средствами мультипликации (кукольной, рисованной, компьютерной) или в совмещенном варианте. К примеру, документальный материал монтируется с игровыми сценами и анимационным изображением, игровые передачи включают компьютерную графику и хроникальный материал. Разновидностей телепроизведений, их видов и жанров великое множество. Характер передач, их жанрово-стилистическое многообразие диктует свои формы, но критерий оценки один — уровень культуры экранной речи. Например, в живописи различают портрет, пейзаж, натюрморт и другие жанры, а также технику их выполнения (масло, гуашь, акварель, пастель, эмаль, темпера и т. п.), однако произведениями искусства полотна становятся только тогда, когда признана их художественная ценность. Подобно этому, если любое экранное произведение представляет собой художественную ценность, если оно создано по законам искусства, к нему может быть применено определение "художественный", хотя чаще всего оно употребляется в значении — игровой. Художественными могут быть документальные фильмы, очерки и даже репортажи, научно-популярные, учебные фильмы, если они созданы посредством изобразительно-звуковых экранных образов.
Академик М.В. Алпатов писал: "В искусстве все приобретает силу воздействия лишь будучи выражено в художественных образах" (Всеобщая история искусств. М.-Л., Искусство, 1948. Т. 1). "Художественными фильмами в собственном смысле этого слова являются и многие неигровые фильмы", — утверждается в Кинословаре, изданном в 1986 году. Поэтому целесообразно делить экранные произведения на игровые и неигровые.В первом случае мы имеем дело с вымышленной реальностью, существующей лишь в воображении авторов и воссоздаваемой на экране. Во втором — материалом для создания экранного произведения служит действительность, осмысленная авторами в образной форме и раскрывающая их мировоззрение, мироощущение, философию.
Определения "художественные" верно и точно характеризуют телевизионные фильмы И. Беляева, телеспектакли С. Евлахишвили, документальные фильмы В. Микеладзе, научно-популярные Ю. Климова, образовательные В. Кобрина, мультипликационные Г. Бардина, игровые А. Майорова, передачи Э. Радзинского, Б. Бермана, телевизионные сюжеты А. Денисова.
Экранные образы в теории называют звуко-зрительными, аудиовизуальными или оптико-фоническими. В своей сущности определения идентичные, но последнее — наименее распространенное — более точное, так как в нем на первое место вынесена зрительная часть. А специфика экрана заключается прежде всего в его зримой, зрелищной природе. Суть экранных образов, на наш взгляд, выражает определение "изобразительно-звуковые".
К сожалению, современное телевидение (большинство передач) рассчитано на восприятие в первую очередь звуковой информации и воздействует на аудиторию через слово.
Тележурналист, находясь в кадре и держа микрофон в руке, не смущаясь, заявляет с экрана: "Я своим слушателям всегда рассказываю...", очевидно не задумываясь о том, что у тележурналистов нет слушателей, а есть зрители, которым надо не рассказывать, а показывать материал.
Слово является единственным выразительным средством литературы и основным — на радио. В экранном искусстве звуковая часть палитры (слово, музыка, шумы) являются важнейшими выразительными средствами, но не первичными. Произведения телеэкрана должны создаваться с ориентацией на зрителя, который не только и не столько слушает, сколько смотрит и видит, у которого задействовано в первую очередь зрение, "чувство видения". Именно зрелищная природа телевидения, видимые, зримые образы определяют его специфику, дают возможность творческим работникам телевидения воздействовать на сознание зрителя, на его эмоции, участвуя таким образом в формировании человеческой личности, в выработке нравственных и духовных ценностей.
Вот что писал в своем дневнике (сентябрь 1944 г.) Дзига Вертов: «Киноязыку надо учиться. Никто этого не делает. Думают, что диктор (или журналист) все наговорит. А на экране — бестолочь. Никто не замечает. Слушают диктора и через его слова глазеют на экран. Слушатели, а не зрители. Слепые, слепые. А «слепой курице — все зерно» (Цит. по кн.: Рошаль Л. Дзига Вертов. М., Искусство, 1982. С. 162).

Когда основная нагрузка (смысловая, а подчас и эмоциональная) приходится на слово, зритель вправе предъявлять претензии. Большое количество телепередач с явным преобладанием звука над изображением создало специфическую аудиторию телеслушателей. Они вяжут кофты, режут салаты, гладят белье, изредка поглядывая на экран, внимательно слушают информацию. Зачастую телеслушатели находятся даже в более выигрышном положении, чем телезрители, так как многие авторы с определенной долей пренебрежения относятся к изображению. Например, в одной из передач тележурналистка на общих планах, показывающих ОМОНовцев в действии, пыталась раскрыть мысль об их добрых сердцах и чистых намерениях. После достаточно жестких кадров последовал текст: "Но вглядимся в их лица...", и зрители, не увидев ни одного лица (оператору не удалось снять ни одного выразительного крупного плана), засомневались в справедливости слов автора, а телеслушатели, напротив, были уверены, что рассказ велся об очень симпатичных и честных парнях.

Нередко мы слышим с экрана мнение восторженного журналиста по поводу красоты окружающей природы. А на экране — два-три невыразительных плана заброшенной местности. Зритель не только не может разделить восхищение автора, но испытывает недоумение, и получается как в старом анекдоте: человек ищет врача "ухо — глаз", так как все время видит одно, а слышит другое.

Пока экран оставался немым, такие несуразицы были исключены. Пластика экрана, его выразительность не могла быть заменена экспрессией речевой интонации. Не было возможности воскликнуть: "Как здесь красиво!" — приходилось искать эквивалент эмоциям в зримых формах.

Вот почему, когда в конце 20-х годов нашего столетия пришел на экран звук, разгорелась острейшая полемика. Сторонники немого экрана опасались (и как пришлось впоследствии убедиться — не без основания), что пластика экрана, его изобразительные возможности будут подменены словом. Однако спор не мог быть решен в их пользу, так как экранное искусство является искусством временным, а категория времени тесно связана со звуком. Протяженность действия во времени обуславливает тот факт, что у зрителя в процессе восприятия участвует не только зрение, но и слух. Немые фильмы демонстрировались под аккомпанемент таперов (музыкантов-пианистов). Тараканьи бега воспринимались под звуки, издаваемые болельщиками. Ритмы бубнов или звучание музыки, возгласы и естественные шумы всегда восполняют недостающий звук любого действия, развивающегося во времени. Полная тишина угнетает, подавляет каждого человека, если только он не наслаждается ею после городского шума. И когда звучат слова: "Почтим память погибших минутой молчания", торжественность момента подчеркивается неестественным, беззвучным течением времени.

Изобразительные искусства — чисто зрительные — вневременные. Живопись, скульптура, графика фиксируют момент, миг жизни. Мгновение принадлежит вечности. Мыслитель в скульптурном решении Родена не может высказать свои самые умные мысли, потому что он не существует во времени, точно так же как невозможно озвучить портрет Ф.М. Шаляпина лучшими его ариями — тогда он должен был бы ожить во времени.

Но если скульптура или портрет становятся героями экранного искусства, когда зритель получает возможность на протяжении определенного времени всмотреться в изображение философа или певца, то есть когда задействован временной фактор, тогда уместно использование и арий из опер, и философских рассуждений.

В искусствах, связанных с категорией времени, к которым относится телевидение, использование звука приобретает глубинный смысл.

Мастерство создателей произведений экранного искусства заключается в том, "чтобы развернув каждую область выразительных средств до максимума, вместе с тем так суметь соркестровать, сбалансировать целое, чтобы ни одна из частных единичных областей не вырывалась бы из этого общего ансамбля, из этого всеобщего композиционного единства" (Эйзенштейн С.М. Собр. соч. в 6 т. М., Искусство, 1964. Т. 3. С. 581).

Изучение экранного языка целесообразно начать с рассмотрения живописных и графических возможностей кадра, его пластической выразительности.

Слово "кадр" в переводе с французского и итальянского языков означает "рама". Само понятие связано с кинопленкой, но и на мониторе, нажав клавишу "пауза", получаем картинку, подобную живописному полотну. Кадр представляет собой "одну фазу существования объекта с определенной точки, в определенном ракурсе и на определенном расстоянии... Кадр — первичная конструктивная, съемочная и монтажная единица" оловня А. Операторское искусство. М., ВГИК, 1976. С. 29).

Часто кадр сравнивают со словом, точнее же сравнить его с буквой, с той только разницей, что буквы мы берем из готового алфавита, а кадр оригинален. Без четкой проработки каждого кадра-буквы невозможно без ошибок составить слово и грамотные фразы-предложения, из которых может сложиться красивая внятная речь. Когда мы воссоздаем кадр и по аналогии стремимся получить букву "и" или "а", необходимо все наши усилия направить на нужный результат, чтобы при составлении слов, а затем и фраз они не были бы считаны с экрана, к примеру, как "у" или "ю".

Прежде всего необходимо выбрать момент и точку съемки, соотнести снимаемый объект с границами кадра, с рамкой, выкадровать из окружающего пространства то, что наиболее важно для реализации замысла. Все несущественное, случайное или затрудняющее восприятие должно быть оставлено за пределами кадра.

Изобразительная композиция (в графическом или живописном вариантах) является основополагающим фактором при создании экранных произведений.

На плоском прямоугольнике экрана ясно прочитывается геометрическая форма объекта, его элементов и их взаимосвязь; рельеф поверхности, фактура материала, эффект освещения, глубина пространства, цвет. Кроме того фиксируется чередование линейных и объемных форм, симметричность и асимметричность рисунка, соотношение света и тени, перспективные сокращения. Вот почему проблема живописности кадра и его графических возможностей встает перед творческими работниками телевидения в полном объеме.

Каждый кадр требует тщательно выверенного подхода еще и потому, что зритель видит только то, что ему показывают, "если экран не вмещает ничего, кроме головы человека, он смотрит на нее, если экран вмещает грандиозный пейзаж, зрители смотрят на пейзаж, если он вмещает только руку, перо или даже булавку, они смотрят на этот предмет", — утверждают киноведы Дж. и Г. Фелдман (Фелдман Дж. и Г. Динамика фильма. М., Искусство, 1959. С. 45). В этой цитате нет открытия, но она точно раскрывает возможность управлять сознанием зрителя, направляя его внимание на восприятие тех или иных изобразительных композиций.
ТОЧКА СЪЕМКИ

Пластическая выразительность кадра определяется прежде всего верно найденной точкой съемки.

При работе над студийными передачами есть возможность заранее определить наиболее выигрышные точки съемки, выбрать удачный ракурс, найти световое решение, продумать линейный рисунок внутрикадрового движения. При событийной съемке, в момент репортажа, приходится ориентироваться в считанные доли секунды, мгновенно ограничивать рамкой кадра наиболее существенный материал, зрительно выделив смысловой центр композиции. В качестве положительного примера могут быть приведены все фильмы режиссера-оператора Ю. Подниекса, талантливо, с высочайшим мастерством созданные автором.

Приступая к изучению пластической выразительности кадра, прежде всего рассмотрим масштаб изображения.

Общеизвестно, что планы могут быть общими, средними и крупными. Хотя такое подразделение условно, оно необходимо не только для теоретических исследований, но и для практической работы (в процессе съемки и монтажа).

Масштаб изображения (крупность плана) зависит от расстояния между снимаемым объектом и камерой, а также от оптических параметров объектива камеры.

Общие планымогут быть менее и более общими: от девушки-фотомодели, снятой в рост, до вида города с птичьего полета, от интерьера (небольшого кабинета) до зеленеющих полей, тянущихся до горизонта.

Общие планы, так называемые "дальние", используются для характеристики места действия, для отражения масштаба события, для передачи атмосферы действия, настроения эпизода.

Выразительность кадра, снятого общим планом, зависит от тех же компонентов композиции, что и графическая работа или живописное полотно.

Строгую уравновешенную композицию получают благодаря симметрично расположенным элементам кадра. Устойчивую композицию можно получить и при размещении объектов в центре кадра. В этом случае линейный рисунок создает необходимое равновесие. Взгляд зрителя обычно направляется к центру кадра, если нет каких-либо визуальных акцентов. Зрительно выделенный смысловой центр — центрическая композиция — оказывает сильное воздействие на аудиторию.

Большое значение в композиции кадра имеют и масштабные соотношения элементов.

Взбунтовавшиеся, недовольные существующим политическим режимом люди разрушают памятники на улицах Петрограда. О размерах монументов зритель может судить по соотношению отдельных частей памятников с городскими жителями, находящимися в том же кадре. Так в одном кадре запечатлены маленькая девочка и огромный кулак — остаток монумента, валяющийся посреди улицы или в другом — скульптурная голова в руках обезумевших разрушителей. Примеры взяты из фильма режиссера С. Дебижева "Золотой сон" и характеризуют события после революционного переворота 1917 года.

В фильме Ю. Подниекса "Крушение империи" аналогичные композиции (соотношение элементов памятников и ожесточенно их уничтожающих) людей — наших современников свидетельствуют о совсем недавних событиях начала перестройки.

Можно привести пример из фильма режиссера Ю. Климова "В объективе — животные. Змеи". Зритель получает реальное представление о размерах змей, увидев их в одном кадре рядом с человеком, в другом — с жабой, в третьем — с тушканчиком.

Средние планы уточняют изображение, углубляют информацию о снимаемом объекте и часто являются переходными от общих планов к крупным.

Стилистика многих современных телепередач предполагает в основном использование средних планов, особенно при воспроизведении на экране диалогов, диспутов, "круглых столов".

Крупныепланы — это всегда конкретизация объекта, более точная его характеристика.

Для каждого человека характерна своя сугубо индивидуальная избирательность крупных планов. В зависимости от мироощущения, мировоззрения, структуры личности, интересов, взглядов тот или иной индивидуум выбирает из окружающей действительности наиболее существенные, на его взгляд, моменты, детали, штрихи. Перефразируя известное выражение, можно утверждать: "Скажи мне, что ты берешь на крупный план, и я скажу, кто ты".

Начнем с крупных планов, которые на экранном языке обозначаются словом "деталь".Не принято употреблять определение "общий (или крупный) план", когда нам надо показать иголку, тарелку или медаль, мы говорим: "деталь".

Вспомним детали, зафиксированные в фильме "Крушение империи" Юриса Подниекса. Тревожные дни августа 1991 года. Внимательный взгляд режиссера-оператора направлен на защитников Белого дома. Из запоминающихся деталей можно назвать: железные прутья в руках молодых парней; маленькая собачка в кармане куртки одного из патриотов; лужа крови, и в ней разбитые очки; автомат на плече у девушки.

"Деталь будет всегда синонимом углубления..." Экран "силен именно тем, что его характерной особенностью является возможность выпуклого и яркого показа деталей". Камера "как бы беспрерывно и постоянно протискивается в самую гущу жизни... туда, куда никогда не попадет средний наблюдатель, поверхностно охватывающий скользящим взглядом окружающий его мир. Нужен тот материал, который даст напряженный ищущий взгляд, могущий и хотящий видеть глубже. В найденной, глубоко спрятанной детали кроется момент открытия, творческий момент, который характеризует работу человека искусства" (Пудовкин Вс. Собр. соч. М., Искусство, 1974. Т. 1. С. 100).

Ведущую роль на телеэкране играет крупный, так называемый портретный, план человека, так как именно человек находится в центре внимания художников телевидения.

Крупный — портретный — план дает возможность заглянуть во внутренний мир героя, вникнуть в его переживания. Это привилегия исключительно экранного искусства. Жанр портрета существует и в изобразительном искусстве (живопись, скульптура). Но живописные и скульптурные портреты не располагают категорией времени. Они не живут во времени, а фиксирует только миг, вырванный из вечности — вне движения, вне развития. Средствами же экранного искусства, и, в первую очередь, при помощи крупного плана, можно получить, по выражению кинорежиссера А. Тарковского, "отпечаток человеческой души, единственного в своем роде человеческого опыта". Конечно, положительный результат может быть получен только в том случае, когда герой передачи чувствует себя перед камерой свободно, спокойно, не зажат и не скован непривычным для себя положением. Необходимо время на привыкание к камере людей, не обладающих ярко выраженными актерскими способностями.

На телевидении, как правило, нет времени установить доверительный контакт с собеседником, нет времени на привыкание к камере далеких от съемочного процесса людей, да и у авторов телепередач подчас нет не только времени, но и желания заглядывать глубоко в душу того или иного героя. Неравнодушное, трепетное, внимательное отношение их к внутреннему миру человека встречается крайне редко. Но ведь именно телевидение открыло новую эпоху в экранном искусстве, создав посредством талантливо снятых крупных планов, так называемых "говорящих голов", целую галерею образов наших современников.

Экран дает возможность увидеть на крупном плане глаза (зеркало души) и через них уловить тончайшие нюансы внутренней жизни человека. Зритель имеет возможность вглядеться в выражение лица, поймать взгляд и через него понять, чем в данный момент живет герой, что его волнует, радует или огорчает. Более того, у нас есть возможность проследить за мимикой и даже зафиксировать одну фазу взгляда при помощи стоп-кадра или пофазовой распечатки материала. Достаточно вспомнить крупные планы из фильмов режиссера В. Микеладзе "Серые цветы", "Бомба в метро", "Западня для "Шейха", сюжет из передачи "Человек и закон" о членах общества "Мемориал" или эпизод из фильма режиссера Вл. Виноградова "Русский дом", в котором князь Голицын (на крупном плане) слушает знаменитую песню о поручике Голицыне. Зритель видит немолодое лицо очень обаятельного человека, живо реагирующего на слова песни, его улыбающиеся глаза. И вдруг взгляд грустнеет и замирает: вся страшная далекая юность всплывает в памяти князя. Вместе с героем и зрители вспоминают трагические события тех лет, точнее, читают их по выражению глаз нашего современника.

Рассматривая проблему масштаба изображения, следует иметь в виду, что наличие планов различной крупности дает режиссеру необходимую свободу в процессе монтажа.

Для усиления восприятия изображения, его глубинного смысла используется и ракурс.

От ракурса — угла зрения на объект съемки — во многом зависит не только композиция кадра, но и своеобразная экранная трактовка материала. При помощи ракурсной съемки у авторов появляется возможность выделить какую-то существенную черту того или иного персонажа, сакцентировать внимание зрителя на наиболее важном моменте повествования, дать подсказку для восприятия тех моментов действия, которые с обыкновенной точки зрения не прочитываются. "Изображение в ракурсе всегда строится на наклонной плоскости" (Головня А.Д. Мастерство кинооператора. М., Искусство, 1963).

При помощи ракурсной съемки можно объемнее, располагая более богатыми пространственными характеристиками, рассмотреть место действия, точнее сориентировать зрителя в пространстве, а главное, дать эмоциональный пояснительный эпитет к происходящим событиям, а также к поведению героя или его психологическому состоянию.

Снимая с верхней точки, можно показать человека, которого жизнь пригнула к земле, а направив объектив камеры снизу, передать напыщенность героя, его взгляд на всех и на вся свысока. "Снятые в ракурсе жесты и движения приобретают особую силу и выразительность, производят впечатление, несут повышенную эмоциональную нагрузку" (Пудовкин Вс. Собр. соч. М., Искусство, 1974. Т. 1. С. 126).

Выбор точки съемки, угла зрения всегда обусловлены содержанием материала и той задачей, которую поставил перед собой автор.

Вспомним общие планы, снятые с верхней точки — с вертолета — в фильме режиссера В. Микеладзе "Колокол Армении", позволившие зрителю увидеть масштаб трагедии (последствия землетрясения 1988 года). Или кадры из фильма режиссера С. Дебижева "Золотой сон", снятые с дирижабля, которые дают зрителю возможность увидеть архитектурный ансамбль Кремля вместе с Красной площадью в совершенно новом ракурсе.
  1   2   3